Гримвинд, владыка сумерек

Но когда он наконец появился, его появление ознаменовал громогласный рёв, что затмил собой весь пыл битвы и заглушил звон сотен мечей.

Он издал пронзительный вопль смерть, чудовищный крик давящий на сознание и оседающий в глубинах разума. Это было грозное оружие, несущее с собой только страх и отчаяние.

И люди и орки испугались его. Когда рыцари Мератуга в страхе побросали оружие и бросились бежать, этот чудовищный придал зеленокожим новых сил. Они пустились в погоню за убегающим врагом, хватали и калечили каждого человека, стаскивали их в одну кучу и жестоко убивали.

Это была победа.

Самые стойкие солдаты, что до конца не потеряли надежду, сбились в одну плотную кучку, которая сцепилась с орками и не была готова повернуть назад. Это были храбрые мужи безусловно встретившие достойную смерть.

Гал’Даргот на собственной шкуре почувствовал всю их решительность и натиск. Он был во главе дерущихся с ними орков. Он был опозорен своей недавней неудачей и был намерен проявить себя, чтобы вновь заслужить уважение своего господина.

Военачальник бился как подобает орку – с безудержностью яростью и смелостью. Он был дикарём, что не слышал шума битвы, а только безостановочно молотившую в висках кровь. Она говорила и направляла его так же, как и боевой барабан своим ритмом управляет строем солдат.

Гримвинд видел как орк махал своим кривым мечом, рассекая глотки врагов. Когда щит в его руках треснул и разлетелся в щепки, Гал’Даргот выхватил меч из рук товарища рядом, в чьё горло угодила вражья стрела, и теперь орудовал уже с удвоенной яростью.

Он бился до тех пор, пока на его руку не обрушилась тяжёлая палица высокого воина. Тогда левая рука орка бессильно обмякла, и он отпрыгнул в сторону, но тут же его настиг новый удар. Он пришёлся прямиком в широкую грудь орка, смял и покорёжил его крепкий нагрудник, и тогда Гал’Даргот упал навзничь, широко раскинув руки.

Его товарищи вытащили раненного командира из гущи боя, но даже так, с невыносимой болью в груди и сломанной рукой, он сопротивлялся и пытался вырваться, чтобы продолжить биться вплоть до самой смерти.

Тех немногих, кто разбежался по полю боя, сокрушила мощь и воля дракона. Своей магией он изничтожал их телесные оболочки и поглощал души. Их растворяющиеся в воздухе крики навечно остануться в уголках разума собратьев и будут до самой их смерти преследовать их в кошмарах и воспоминаниях. Это будет хорошим примером, что будет если бросить вызов сумеречному господину.