Эхо

Но как вырезать? Му Дафу пришлось оторваться от написания статьи под названием «О запутанном нарративе в прозе Бай Чжэнь», и теперь он расхаживал взад и вперед по кабинету, точно ходьба могла решить проблему, однако помощи ниоткуда не поступало. «Никакая игра в карты пройти этот рубеж не поможет, – размышлял он, – даже если я устрою обед, на который позову своих товарищей, она все равно не поверит, да и никто бы не поверил, наоборот – она даже заподозрит, что я их подкупил. А вот если скажу, что встречался с любовницей, – тогда точно поверит, да и любой дурак бы поверил.

Нынче людей ничем обычным не убедишь, зато крайности принимаются на ура. Но заставить поверить – это не единственная цель, главное – не столько вызвать доверие, сколько не причинить зла, иначе какой от всего этого прок? К тому же придется объяснять, откуда взялась любовница? Кто она вообще такая? Когда я с ней познакомился? Сколько раз с ней встречался? Как мы с ней расстались… Тут требуется такая фантазия, чтобы все это выглядело правдоподобно, my God, но я ведь профессор, а не писатель».

Два дня Жань Дундун не возвращалась домой и, сославшись на ударную работу, ночевала прямо в участке на диване. Но он понимал, что, помимо «ударной работы», она все еще продолжает на него дуться. Вечером третьего дня он, взяв с собой Хуаньюй, направился в участок. Он даже приготовил для нее поесть, но перед самым выходом решил ничего не брать, побоявшись, что она расценит это как подлизывание.

Хуаньюй, едва завидев мать, бросилась ей на шею, и они долго обнимались. Когда Жань Дундун наконец оторвалась от дочери, он заметил, как сильно она сдала за последние два дня – вокруг глаз залегли темные круги. У него резко защемило сердце. Честно говоря, ему стало ее жалко.

– Если дело такое сложное, то, может, попросишь найти себе замену?

– А у меня есть выбор делать что-то другое? Мне от природы дано раскрывать преступления, и ничего другого.

С этими словами она усадила Хуаньюй за стол перед компьютером и включила ей мультик. Он же, разглядывая висевшие на стене фотографии потерпевших и подозреваемых, засмотрелся на каких-то красоток.

– Ты их знаешь? – спросила она, забившись в угол дивана.

Опомнившись, он присел на другом краю дивана и спросил, морща нос:

– Почему тут воняет табаком?

– Это ребята курили, пока мы работали над делом.

– Ты не курила?

– Нет.