Эхо

В десять вечера, уложив Хуаньюй спать, она вытащила из нижнего отсека своей шкатулки сигарету, осторожно выскользнула на балкон спальни и закурила. Уличные шумы заметно ослабли. Окна в многоэтажке напротив уже наполовину были темными, самым светлым оставалось лишь место под уличным фонарем за северными воротами. Вдалеке между высотками всеми цветами радуги переливались рекламные щиты. С реки, приятно лаская лицо, дул легкий ветерок. Со стороны могло показаться, что Жань Дундун улетела куда-то далеко в свои безграничные фантазии, но на самом деле она вообще ни о чем не думала, в ее голове царил полный вакуум.

Вдруг дверь на балкон открылась, в проеме появился он. Надо же, как она отключилась, даже не услышала его шагов. Он поймал ее с поличным. Она быстро потушила сигарету и извинилась, сославшись на то, что в последнее время на работе напряженка, вот и не утерпела. До свадьбы она время от времени тоже прикладывалась к сигаретам, пытаясь побороть сон, пока работала над раскрытием дела, но поскольку Му Дафу не переносил запах табачного дыма, ему не хотелось, чтобы его жена курила.

Она все прекрасно поняла и без лишних слов курить бросила. Все одиннадцать лет замужества Жань Дундун избегала сигарет и других мужчин, но кто бы мог подумать, что в последние дни она возьмет и сорвется.

– Если тебе от этого легче, то кури, но так, чтобы Хуаньюй не видела, – произнес он.

– Нет, я должна держать слово.

– Ты уверена, что справишься? – Он как-то странно посмотрел на нее.

Она решительно кивнула.

Он прошел в комнату и увидел на столе старый журнал. Полистав его, заметил, что их совместные с Бай Чжэнь фотографии испещрены какими-то линиями, каждая из них представляла собой стрелку, которая начиналась от глаз Бай Чжэнь и заканчивалась на его лице.

– Жань Дундун, как это понимать?

Она вышла на порог балкона и, прислонившись к косяку, задала встречный вопрос:

– А сам не догадываешься?

– Ума не приложу.

– Почему она, где бы то ни стояла, не спускает с тебя глаз? – холодно улыбнулась Жань Дундун.

Тогда он, горько усмехнувшись, взял линейку с карандашом и принялся чертить новые линии. Пять его линий оказались более ровными и короткими, при этом каждая из них заканчивалась не на нем, а на мужчине, что стоял с ним рядом. Швырнув журнал обратно, он произнес:

– Посмотри внимательнее.

Она подошла ближе, наклонилась и, ткнув в незнакомца, спросила:

– Кто это?

– Муж Бай Чжэнь, – раздраженно откликнулся он.