Сборник рассказов

Но, согласись это здорово? У нас дома будет настоящий праздник.» Дикарь сморщил свое лицо и грубо произнёс: «Ой, зачем я только спросил тебя о чем-то? Знал же, что ты ничего не знаешь. Ты же все время не в себе.». Милана неожиданно засмеялась. Паша удивлённо и вопросительно уставился на неё. Его взгляд ещё больше развеселил Милану и через несколько секунд из дома вышел раздраженнный и злой Павел, а Милана громко и безостановочно смеялась ему вслед. Пожилая пара впервые слышала как смеётся Милана и им тоже было очень весело.

Милана не могла себе объяснить что именно заставило её так отреагировать на колючие слова Дикаря, но где-то глубоко в сердце было понимание, что Павел теперь ещё больше будет думать, что Милана не в своём уме и снова будет обходить её стороной. Но сердцу свойственно говорить и подсказывать совсем неправильные вещи. Сердцу свойственно совершать ошибки.

Утром праздничного дня, к которому так весело готовились пожилая парочка и Милана, Мария Николаевна указала всем красиво нарядится и хотя бы постараться нарисовать улыбки на своих лицах в этот вечер.

Конечно в первую очередь такое замечание касалось Павла, но и Милана в последний год не часто выглядела счастливой. Все согласились с Марией Николаевной, да и спорить было бесполезно. К тому же, любопытство закралось в сердца обоих молодых людей. К чему же такой грандиозный праздник? Кто приедет к ним в гости? Вечером выяснилось, что никто не приедет и что весь это праздник был создан лишь для того, чтобы в дом вошло ощущение радости, которого так очевидно стало не хватать. Паша, услышав такие слова от Эдуарда Константиновича усмехнулся. Конечно, какая может быть радость, если в доме столько времени живёт эта мечтательница. Но, увидев строгий взгляд своего дяди, Павел не стал говорить эти слова вслух, а лишь подумал их. Да и к тому же, в этот вечер ему не очень хотелось трогать Милану, чересчур она была красива. Нарядное платье и лёгкий макияж подчеркнули все её красивые черты внешности. Как только Павел касался взглядом эту красотку, мысли переставали посещать его вредную голову, а руки абсолютно не слышались. Он не мог спокойно поесть в этот праздничный вечер. А Милана, напротив от волнения не могла никак наесться и это доставляло незабываемую радость Марие Николаевне. Наконец-то она увидела в девушке здоровый аппетит и более того, такое зрелище само по себе сделало огромный комплимент её кулинарным способностям.