Удушающая сладость, заиндевелый пепел. Книга 2

Поэтому с тех пор, как пострадала от рук Небесной Императрицы, я ничего не слыхала о Фениксе и о том, оправился ли он от раны. Поразмыслив, я решила, что разум и чувства призывают меня его навестить.

У ворот перед дворцом Ветвей платана я замешкалась. Мне пришло на ум, что не стоит сообщать о своем визите привратникам, ведь мое горло пострадало в противоборстве с Небесной Императрицей и мне все еще больно говорить. Не тратя попусту слов, я перелезла через стену. На протяжении ста лет я прислуживала Фениксу в кабинете, поэтому прекрасно знала дворец и его окрестности.

Так что, отыскав слабое место в магическом барьере, без труда проникла внутрь и направилась прямиком туда, где располагались покои птички.

Ухватившись за оконную раму, я заглянула в спальню. В полутьме комнаты, скользя по полу, колыхались занавеси. На постели, закрыв глаза и насупив брови, лежал Феникс, его руки покоились на животе. Ослепительно-белые пальцы слегка изогнулись, будто пытаясь что-то схватить. Его лицо осунулось, он очень исхудал.

Утопая в пышном, мягком одеяле, Феникс напоминал хилого кабинетного ученого, которому не по силам даже курицу связать. Повелитель огня выглядел так, будто ему необходима защита.

Только я хотела войти, как заметила, что подле постели кто-то сидит. Я невольно остановилась. Обращенная ко мне спиной изящная тень, нежно откинув волосы со лба Феникса, заботливо стирала шелковым платком мелкие капельки пота, обильно выступившие на лице больного.

Это была не кто иная, как принцесса Суй Хэ, глава народа птиц.

Точно опасаясь, что за ночь Феникс простудится, принцесса укрыла его руки и участливо подоткнула края одеяла.

Вдруг тот, не просыпаясь, резко выпростал руку и схватил девушку за запястье. Похоже, его пальцы не утратили силы, потому что Суй Хэ тихонько охнула. Губы Феникса дрогнули, он что-то произнес. Принцесса в растерянности застыла, но быстро пришла в себя. Не пытаясь вырваться из цепкой хватки больного, она принялась осторожно гладить свободной рукой по тыльной стороне его ладони.

Тихая ласка Суй Хэ заметно успокоила Феникса, и он перестал хмуриться.

В следующее мгновение принцесса что-то сказала и склонилась к кровати… Их губы соприкоснулись. Прошло немало времени… Я потерла глаза. Но как ни всматривалась в комнату, картинка как будто расплывалась. Феникс пошевелился. Похоже, он просыпался. До меня отчетливо донеслись слова, которые произнесла принцесса перед тем, как прильнуть к постели Феникса: «Я тоже люблю тебя, Сюй Фэн».