Банда

– Так ищите, а иначе мы вас начнем закрывать всех до одного. Вот тогда вы все «запоете».

– За что, начальник? Это – беспредел, а его творить не нужно. Мы же до этого как-то жили – мы воровали, вы ловили и сажали. Все было по закону и не было никаких претензий со стороны блатного мира.

Максимов посмотрел на него и усмехнулся.

– Мира между нами никогда не было и никогда не будет! Ты это понял, Хрящ! Я вас всегда давил и давить буду. Ну, что ты, так смотришь на меня? Ты знаешь, в чем у нас разница с тобой? Вижу – не знаешь! Мы вас «мочили» и будем «мочить».

Ты понял Хрящ. Нюхай и нюхай. Если это дело дойдет до Москвы, сам понимаешь, что будет с вами. Вас всех упакуют в «столыпинские вагоны» и поедете вы далеко на север, к мишкам.

Павел снова достал из пачки папиросу и закурил. Он посмотрел по сторонам и убедившись, что они не вызывают никакого интереса у окружающего их народа, продолжил:

– Нет, Хрящ, как не крути, а это – местные преступники, – произнес убежденно Максимов.

 – Кто они, пока я не знаю, но, то, что они – местные, это точно.

– Если это так начальник, то шила в мешке не утаишь. Как сказал один умный мужик – все тайное становится не тайным.

Максимов рассмеялся.

– Философ, ты хреновый…. Нюхай, Хрящ, а иначе подсядешь вместе с братвой…. Ты же сидеть не хочешь?

– А кто хочет? Там не курорт…

– Вот и я об этом.

Оперативник развернулся и, поставив пустую кружку на стол, направился по улице дальше.

***

Галина Морозова шла по улице Ленина города Зеленодольска, всматриваясь в указатели номера домов.

В доме номер восемнадцать жила ее бывшая свекровь – Нина Ивановна Галицина. Они не виделись чуть больше двух лет, с момента смерти мужа Галины. Морозова несла в руке большой узел. Судя по тому, что она часто останавливалась и перекладывала его из руки в руку, можно было судить о том, что он был достаточно тяжелым. Она остановилась около знакомого ей дома и громко постучала в калитку.

– Иду! – услышала она знакомый голос свекрови. – Сейчас! Минутку!

Из дома вышла женщина лет пятидесяти и направилась в сторону калитки. У хозяйки дома были темные волосы с яркими искрами седеющих волос. Сама Нина Ивановна была небольшого роста, излишняя полнота делала ее фигуру немного комичной, но она не комплектовала от этого. Вытерев руки о цветастый фартук, она открыла калитку.

– Здравствуйте, Нина Ивановна, – поздоровалась с ней Галина.