Звезда Земли

Он так и не рассказал мне, как именно это прошло, но, очевидно, ребята были и поражены, и рассержены на меня за вранье. Плейдон не должен был дать страстям разгуляться, и все же…

Ладно, Фиан держал оборону перед курсом за меня тогда, и это здорово с его стороны, но я из тех, кто предпочитает воевать сам, а не прятаться за чужими спинами. Поэтому-то я и скрывала от него неприятности с Петрой. Узнай он, захотел бы вмешаться, и мы бы поспорили. Я сейчас не в медбаке, отношение Петры – проблема моя, а не Фиана, сама и разберусь.

– Даже странно, что ты до сих пор не наябедничала Плейдону, – продолжала сочиться ядом Петра. – Он не скрывает своей любви к обезьянам. Конечно, если все-таки пойдешь поплакаться, предъявить тебе будет нечего – нас много, а ты…

Она прервалась – кто-то появился в коридоре. Я увидела, что к нам идет Джот, и успокоилась. Петра слишком хитра, чтобы говорить гадости при ком-нибудь, кроме своих приятелей-приматофобов, ей придется заткнуться.

Джот подошел, и Петра обернулась к нему, улыбаясь:

– Чувствуешь, какая вонь? Почему бы тебе не посоветовать выродку убраться подальше?

Я воззрилась на нее, не веря своим ушам, и увидела, как ее ухмылка стала шире.

Что происходит? Я повернулась к Джоту, он отвел взгляд и промямлил:

– Проваливай, обезьяна. Тебя надо держать снаружи, в клетке, чтобы нормальным людям запах не мешал.

Он протиснулся мимо меня и поспешил прочь. Я в шоке смотрела ему вслед. Когда-то, в самом начале года, Джот во время раскопок сделал страшную глупость, я чуть не пострадала.

Но когда я осознала, что он не маньяк-убийца, выбравший меня в жертву, а просто бестолковый неумеха, мы даже подружились. Я ему и нож бы побоялась доверить, с него станется за лезвие схватить, но, узнав о моей инвалидности, Джот остался мне другом. А теперь…

Обида, очевидно, легко читалась на моем лице, потому что Петра торжествующе рассмеялась:

– Джот попросил меня о помолвке.

Она догнала Джота, и они ушли вместе, обнявшись. Все ясно. Джот и Петра работали операторами тяжелоподъемников в четвертой команде.

Они проводили вместе много времени, и Джоту захотелось большего. И неважно: он по глупости не понимал, какая Петра гадкая, или все понимал, но его это не волновало, лишь бы с ней спать. Петра захотела, чтобы Джот оскорбил меня, и он послушался. Друг только что стал врагом.

Я влезла в ближайшую ванную, скинула одежду и шагнула в кабинку душа. Расслабляясь под струями теплой воды, я обдумала положение.