Библиотека в Париже

– Одиль! Подождите!

Это был мистер Прайс-Джонс, отставной английский дипломат, в своем вечном шотландском галстуке-бабочке, за ним следовала составитель каталога миссис Тернбулл, с неровной голубовато-серой челкой. Должно быть, профессор Коэн сообщила им о моем унынии.

– Ничего не потеряно. – Мистер Прайс-Джонс неловко похлопал меня по спине. – Вы победите директрису. Просто составьте список ваших доводов, как сделал бы любой дипломат, и приправьте все как следует.

– Да бросьте вы нянчиться с девочкой! – воскликнула миссис Тернбулл.

 – В моем родном Виннипеге мы привыкли к напастям. Это нас закаляет. Зимой, когда температура падает ниже сорока градусов, вы бы не услышали, что мы жалуемся, в отличие от американцев… – Вспомнив причину, по которой она вышла во двор, то есть возможность кого-то поучить, миссис Тернбулл помахала перед моим лицом костлявым пальцем. – Встряхнитесь и не принимайте отказа!

Улыбнувшись, я осознала, что дом – это такое место, где не существует тайн.

Но я улыбалась. Это уже было кое-что.

Вернувшись к себе и уже не волнуясь, я написала:

Дорогая мисс Ридер!

Спасибо, что поговорили со мной о работе. Я волновалась перед собеседованием. Ваша библиотека значит для меня больше, чем любое другое место в Париже. Когда я была маленькой, моя тетя Каролина водила меня на Час чтения. Именно благодаря ей я выучила английский и полюбила Американскую библиотеку. И хотя моей тетушки уже нет, я продолжаю находить ее в Американской библиотеке.

Я открываю книги и заглядываю в кармашки на внутренней стороне переплета, надеясь увидеть ее имя на карточке. Когда я читаю те же романы, что читала она, у меня возникает чувство, что мы по-прежнему близки.

Американская библиотека – мой рай. Я всегда нахожу уголок среди стеллажей, где могу остаться одна, читать и мечтать. Мне хочется знать, что у любого есть такой же шанс, а в особенности у людей, чувствующих себя не такими, как все, и нуждающихся в месте, которое могут назвать домом.

Я написала внизу свое имя, завершив таким образом собеседование.

Глава 2. Лили

Фройд, Монтана, 1983 год

Ее звали миссис Густафсон, и она жила по соседству. За глаза местные называли ее Военной Невестой, но мне она не казалась похожей на невесту. Прежде всего, она никогда не носила белого. И она была старой. Старше моих родителей. Все знают, что у невесты должен быть жених, но ее муж давно умер.