Душман. Зачистка

Он открыл глаза и не сразу сообразил, где он находится. Лавров лежал на бетонном полу, какого-то строящегося здания. Правая рука была крепко прикована наручниками к батарее. Перед ним стояли двое мне незнакомых людей и светили Павлу в лицо фонарем.

– Вот видишь, он и очухался, – произнес один из них. – А, ты говорил, что он склеил ласты.

– Это не я тебе говорил «Рашпиль», а «Крот».

– Какое это имеет значение? Ты, он. Главное, что он живой.

«Рашпиль» подошел к Лаврову и сильно ударил его ногой в бок. Боль просто прострелила все его тело.

Он невольно ойкнул и застонал от боли.

– Чего стонешь, козел? Хочешь выйти отсюда живым, расскажи нам, как ты завалил «Зуба» и «Хряща»? Эдика интересует, кто ты и зачем приехал к нам в город?

– Зачем? Это он знает. Кто я, он тоже знает. А, в отношении «Зуба» и «Хряща», я ничего не знаю. Я их не убивал. Зачем они мне эти шестерки?

Новый удар. Перед глазами стало темно. Сколько он пролежал без сознания, Павел не знал. Ведро холодной воды и снова все эти же вопросы.

Сколько сейчас времени и сколько он находится в этом подвале, он не знал. Время для него перестало существовать.

–Слышишь, выведи меня в туалет, – обратился Лавров к одному из своих мучителей.

– Вали прямо здесь, в штаны, – ответил тот и громко засмеялся.

– Хорошо. Если вам это нравится, то прямо сейчас наложу в штаны.

– «Рашпиль»! Он в туалет просится. Что делать?

– Выведи его. Только смотри, чтобы не сорвался.

Охранник нагнулся надо Павлом и стал отстегивать наручник от батареи.

Когда замок слабо щелкнул, и рука почувствовала свободу, он схватил его за волосы и крепко прижал его голову к себе. Рука автоматически нащупала его горла и сжала его так сильно, что тот даже не попытался вырваться из его объятий. Его тело несколько раз дернулось и застыло. Перевернув его на спину, Лавров стал лихорадочно шарить по его карманам. Наконец он нащупал то, что искал. Он достал из его кармана пистолет и передернул затвор.

– «Ханурик»! Ты, что там застыл? Может, ты ему там зад вытираешь, – крикнул в темноту «Рашпиль».

Павел что-то пробубнил ему в ответ. Встав с пола, он, шатаясь от голода и побоев, направился вверх по лестнице. Остановившись напротив двери, Лавров глубоко вздохнул и толчком ноги открыл дверь. «Рашпиль» сидел за столом. Перед ним стояла бутылка водки, два пустых стакана и, лежавшая на газете, закуска. Глаза его округлились от удивленья. Рука «Рашпиля» машинально потянулась к нагану, лежавшему на столе.