Конец Пиона

Говорят, что он уже ходил за линию фронта и успешно вернулся обратно.

– Откуда ты это знаешь?

–Мне по секрету рассказал один человек.

– Кто такой? Ему можно верить?

– Не знаю. Но раз сказал, значит, знает.

Космач подошел к окну и, отодвинув занавеску, посмотрел на двор. Александр по-прежнему убирал там снег.

–Хворый, а почему ты меня спрашиваешь о Татарине? Что у тебя с ним произошло?

– Ничего. Просто не нравится он мне и все.

– Интересный ты человек, Хворый. Ты живешь чувствами, а не головой.

Посмотрим, насколько они у тебя верны. Вот приведет Громила с собой людей, и ты больше этого Татарина никогда не увидишь. Так что, побереги нервы.

Разговор прекратился. В сенях хлопнула дверь, и в избу вошел Тарасов.

***

Как только стемнело, и на небе загорелись первые звезды, в доме появились гости. Вместе с Громилой и Охримом в избу вошли трое мужчин. Они остановились у порога и посмотрели на Тарасова и Космача, которые сидели за столом и ели отваренную в чугуне картошку. Рядом с ними на лавке лежали их автоматы.

– Вечер добрый, – поздоровался один из вошедших: у него была большая окладистая борода черного цвета. На ремне висели две гранаты.

– Проходите, гости дорогие, – в ответ произнес Александр. – Садитесь, картошки хватит всем.

Бородатый мужчина посмотрел на своих товарищей и прошел к столу.

– Интересно, сколько стоят весной подснежники в этих местах? – произнес он первую фразу пароля и посмотрел на Тарасова.

– Здесь их никто не собирает, – ответил Александр второй фразой пароля.

Мужчина сел рядом с ним и взял в руки картофелину. Александр достал из портсигара папиросу, закурил и сказал:

– Руководство Абвера озабочено вашим молчанием. Вас сюда направили не для того, чтобы вы грабили почтовые отделения и бегали в гости к своим родственникам! Как так получилось, что погиб ваш радист? Разве вы не знаете, что он является чуть ли не Богом в подобном положении, в которое угодили вы?

Мужчина слушал, так как все высказывания Татарина были справедливы.

Если в гибели командира группы его вины не было, то смерть радиста была на его совести: именно он разрешил ему посетить родственников.

– От вас ждали активных действий, а вы спрятались в лесу на пилораме, – продолжил Тарасов. – Может, решили сложить оружие и сдаться? Если так, то я вам не советую этого делать. Вас в лучшем случае ждет лесоповал на Колыме, а в худшем – расстрел!

Наконец, Александр замолчал и с укором посмотрел на собеседника.