Сердцеедка на миллион долларов

Сегодня он пришел без шляпы.

– Что мне оставалось делать? Не могла же я рассказать Гасу, как мы познакомились.

Губы Остина изогнулись в ехидной улыбке. Брук захотелось его шлепнуть.

– Большинство людей придумали бы вежливую ложь.

– А я ужасная лгунья.

– Мне придется это запомнить, мало ли, пригодится.

Интимные искорки в теплых карих глазах и взгляд, говоривший ей о том, что он помнит каждую секунду ночи с ней, наполнили ее сердце теплотой.

– Что ты здесь делаешь, Остин?

– У меня работа, ее нужно сделать.

– Я живу в Ройале. И у меня тоже работа, которую нужно сделать. Как-то все это ужасно неловко, не находишь.

– Ничуть. – Он посмотрел на ее рисунок. – Вот это – твоя работа? Просто потрясающе. Ты очень талантлива.

Его похвала согрела ее. Кроме Алексис, мало кто знал, на что она способна, по крайней мере в Ройале.

– Спасибо. Мне еще многое предстоит сделать.

– Это означает, что ты будешь смотреть, как я строю сцену.

Ее сердце замерло. Ведь он же не имеет в виду ничего такого?

– Остин, я…

Он поднял руку.

– Не нужно ничего говорить. Я все вижу по твоему лицу. Ты боишься, что я выдам твой секрет. Нет, Брук, не выдам, клянусь тебе. У тебя были свои причины сделать то, что случилось в Джоплине, у меня тоже. Несмотря на то что ты мне очень нравишься, мы должны оставить прошлое в прошлом. Я не готов к отношениям.

Он абсолютно прав. Ей хотелось услышать именно это.

Только почему-то защемило сердце.

– Мне нужно работать.

– Кстати, я был чертовски разочарован, когда проснулся, а тебя уже не было.

– Неужели?

Он медленно кивнул.

– Да.

– Для меня это была удивительная ночь, правда, мне особо не с чем сравнивать.

Он усмехнулся.

– Ты была на высоте. Если бы я хотел завести роман, мы могли бы попробовать.

Она вспыхнула.

– Ты слишком самонадеян. Я уже устала от того, что все знают лучше меня, что мне делать.

– Кто это – все?

Брук посмотрела через плечо и поморщилась.

– Вот идет одна из них.

Маргарет Гудман выглядела безупречно с головы до ног. Хотя ей было хорошо за пятьдесят, она могла легко сойти за более молодую женщину. Ее светлые волосы регулярно укладывал дорогой стилист, а еще у нее были личный тренер и диетолог.

Мать Брук – амбициозная, властная и холодная женщина. К тому же в настоящий момент явно пребывала в ярости, которую выдавали красные пятна на скулах.