Погоня за призраком

– Можете покурить, – произнес начальник штаба УВД, выходя из автобуса. – Я скоро вернусь, никуда не расходитесь.

Серов вышел из автобуса и осмотрелся по сторонам. Ему уже приходилось бывать в этом районном отделе милиции, и поэтому он с интересом стал отмечать про себя существенные изменения, которые произошли за эти три года.

«Вот этого каменного здания здесь тогда не было – размышлял он. – Здесь стояла какая-то деревянная развалюха, а сейчас на этом месте вырос двухэтажный дом с высоким каменным забором и коваными металлическими воротами».

– Серов! Нас зовут! Пошли, – позвал его Михеев.

Александр бросил недокуренную сигарету в урну и направился вслед за Вячеславом. Внутри отдела милиции практически ничего не поменялось. Все те же двери, выкрашенные в бежевый цвет. Прибывшие с проверкой сотрудники УВД вошли в кабинет начальника отдела и быстро расселись на стульях. За столом сидел начальник отдела, который внимательно рассматривал каждого сотрудника, фамилию которого называл начальник штаба.

Наконец он назвал фамилию Серова. Даже невооруженным взглядом было заметно, как вздрогнул начальник отдела, услышав эту фамилию. Когда после представления сотрудники комиссии стали расходиться по подразделениям, начальник отдела подошел к Александру.

– Здравствуй, Серов, – поздоровался он с ним. – Давно не встречались.

– Здравствуйте, товарищ подполковник. Может это и хорошо, что давно не виделись.

Кузнецов протянул ему руку, чтобы поздороваться, однако, Александр сделал вид, что не заметил этого жеста.

Рука подполковника повисла в воздухе.

– Я смотрю, ты злопамятный, Серов. Неужели еще живешь старыми воспоминаниями?

– Просто у меня очень хорошая память, товарищ подполковник.

– Это вы о чем? – спросил их подошедший к ним начальник штаба УВД.

– Да, так, о личном, товарищ полковник.

Серов вышел из кабинета и направился на первый этаж, где находились кабинеты сотрудников уголовного розыска.

***

Дымно-серое небо. Словно неопрятная марля с утра занавесила солнце, и остатки неярких лучей запутались где-то далеко от асфальта, покрытого коричнево-серой кашицей грязи. И от этого все дома стали еще более серыми и сумрачными, угрюмо глядящими провалами окон. Прохожие районного центра как-то сразу осунулись и помрачнели. Кажется, сам воздух сгустился и липкими пальцами уверенно подступил к горлу.