Тирольский оборотень. Книга 1. На тропе волка

Я бегом стаскиваю с себя всю одежду, оставаясь только в трусиках. Подбираю с пола носок, вытираю им грязные подошвы ног и запуливаю его под кровать. Вытаскиваю деньги и прячу в тайник, кроссовки и рюкзак засовываю в тумбочку. Остальную одежду кидаю на кресло. Мельком осматриваю себя в зеркале шкафа, ворошу густые светлые волосы, чтобы создалось впечатление, что я только что со сна, ну и за одним избавляюсь от прилипшей хвои.

Между тем голоса становятся громче, они уже на лестнице, вот-вот отец расколется, нельзя этого допустить.

Я открываю дверь.

– Па, я уже не сплю, что случилось? – подавляя зевок, хрипло произношу я и выхожу на площадку.

Они мигом замолкают. Отец резко оборачивается и с удивлением взирает на меня. Хорошо, что он стоит ближе всех ко мне, и его неожиданную реакцию кроме меня никто не видит.

– Вот, герр Кёлер, ваш сын уже не спит, – довольным голосом произносит Хофлер. – Можно с ним и пообщаться.

Хофлер легонько отталкивает моего отца, да и он уже не перегораживает ей путь, смысла в этом теперь нет, и она твердым шагом начинает подниматься по ступеням навстречу мне.

От егерской темно-зеленой формы, и от противооборотнического оружия, закрепленного у неё поясе, у меня мурашки бегут по спине. Она сверлит меня глазами, рассматривая мой обнаженный торс уже ни как инспектор при исполнении, а оценивающе, как женщина изучает мужчину. Её взгляд останавливается на бугорке моих трусиков, ещё чуть-чуть и она начнет облизываться.

Я пячусь от неё, возвращаясь в свою комнату.

Она входит за мной. Следом заходят инспектор Винтер и отец. Я сажусь на смятую постель и одеялом прикрываю свои трусики. Мое тело начинает немного подрагивать – мелкие иголочки страха покалывают кожу.

– А в чем дело? – немного испуганно произношу я, нервно почесывая ногу.

– Вы нам так и не сообщили, – добавляет отец, складывая руки на груди и с вызовом глядя на инспекторов.

– Этой ночью кто-то из оборотней задрал овец на пастбище герра Пфеффера, – торжественно сообщает инспектор Хофлер, пристально вглядываясь в мое лицо.

– Это не я, – мямлю я.

– Мой сын не имеет к этому никакого отношения, – громко заявляет отец, – он спал всю ночь в своей комнате.

– Как знать, как знать, – нараспев произносит она, и её взгляд скользит по раскрытому окну.

Вот черт, надо было закрыть ставни.

– Не нужно ничего знать, он спал в своей комнате. И только сейчас проснулся, вы сами видели, – с нажимом говорит отец.