Ранняя пташка

)], наша истинная национальная игра, грубая преднамеренно, в то время как хоккей получается грубым неумышленно, и если только у вас нет массы свободного времени, не спрашивайте меня о поддельном кленовом сиропе. Боже милосердный, это бузуки?

– Да, это бузуки, – подтвердил я, и миссис Тиффен прилежно начала исполнять «Далилу».

Джош вернул мне мои документы.

– Бдительность никогда не бывает лишней, – сказал он. – Лазутчики из «Истинного сна» рыщут поблизости. Вам приходилось с ними встречаться?

– Нет, – ответил я, – или по крайней мере я об этом не догадывался: как они выглядят?

– Как совершенно обыкновенные люди.

В этом вся беда. – Он долго пристально разглядывал меня, выгнув правую бровь чуть выше левой. – У вас такой вид, будто вы совсем недавно изрядно подпортили себе карму.

– Можно и так сказать.

– Я просто ненавижу вселенскую скорбь. Чем я могу вас подбодрить?

Я подумал о Логане.

– Как насчет того, чтобы стереть в памяти плохие решения, изменяющие судьбу, как это делают путешественники во времени?

– Тут я ничем не могу вам помочь, но, быть может, в моих силах облегчить вызываемую ими боль.

Задержитесь на обратном пути, и я приготовлю вам одно из своих творений.

– Творений?

– Доверьтесь мне.

Черкнув мне разовый пропуск, Джош попросил расписаться в журнале. Я с любопытством огляделся по сторонам. По коридорам ходили люди, они двигались неторопливо, и никто ничего не говорил. Несмотря на оживление, в комплексе царила неестественная тишина.

– У вас здесь всегда так тихо? – спросил я.

– Руководство считает, что пустая болтовня отвлекает от созидательных мыслей, – сказал Джош, выбирая лучший лимон из дюжины припрятанных под столом и доставая из шкафчика миксер. – Вы играете в «скраббл»?

– Как-то раз я выложил слово «трепанация» по утроенной ставке, получив сразу двести двадцать восемь очков.

Вскоре после этого я перестал играть. И, честное слово, другого выхода у меня не было. С тех пор все мои потуги повторить успех оборачивались сокрушительным разочарованием.

– Ого! – с восхищением произнес Джош. – Этак вы нас без порток оставите. Обычно мы встречаемся по утрам в «Уинкарнисе», с десяти до полудня. Присоединяйтесь к нам.

Я объяснил, что покидаю город ближайшим поездом.

– А жаль, – вздохнул Джош. – Ладно, как-нибудь в другой раз. Можете подождать вон в той комнате, если что, кричите. И не забудьте задержаться на обратном пути.