Молчаливые боги. Мастер артефактов

Меня много кто ищет, и каждый чего-то от меня хочет, но мне все это неинтересно.

– Хм. Выходит, я заблуждался.

– Прекрати, ты ведь так не думаешь, иначе не пересек бы полконтинента и не стал бы проситься с нами в Лукуру.

– Если быть точным, то четыре континента: Западную Дароэю, Восточную Дароэю, Малую Терру и Великую Терру. Наш мир поистине огромен, скажу я тебе.

– Ого, какое… долгое путешествие.

– По завершении которого я нашел тебя. Ты мастер печали и сосуд Кеоса, спасение и погибель.

Если бы я не увидел тебя собственными глазами, то не поверил бы, что ты существуешь. – Цзянь умиротворенно вздохнул. – Надеюсь, в тот великий день, когда ты очистишь от гнили и смрада дорогую моему сердцу землю, я буду рядом с тобой.

От его слов Анневу стало не по себе.

– Напрасно надеешься. Я хочу избавиться от этой штуковины, пойми ты наконец. – Он поднял левую руку, спрятанную под перчаткой. – Как только попадем в Лукуру, я отыщу человека, который освободит меня от нее, и навсегда забуду об этом дурацком пророчестве, будь оно неладно.

Улыбка на губах Цзяня дрогнула.

– Значит, ты не поможешь моему народу?

Аннев беспомощно вздохнул:

– Цзянь, да я даже не знаю, что это за народ такой.

– Поэтому я тебе о нем и рассказываю.

Юноша покачал головой.

– Это чужаки, которые живут на другом конце мира, – произнес он, смягчившись. – Они мне не враги и не друзья. Я не собираюсь топать через четыре континента, чтобы спасти их или уничтожить.

Даже если возникнет на то причина – не стану. Потому что не хочу, понимаешь?

Цзянь умолк, размышляя над его словами. Небо за спиной предвещателя уже посветлело. Приближался рассвет.

– Ты очень похож на Чада Торнбриара. Ты сам выбираешь, какой дорогой тебе идти, и все равно оказываешься там, куда приводит тебя Судьба.

Аннев натянуто улыбнулся:

– Никто меня никуда не приводит. Я сам себе хозяин. Придется Судьбе с этим смириться.

– А если он не пожелает? Если будет по-прежнему указывать, что тебе делать и куда идти?

– Тогда я нагряну в его логово, вытащу этого умника из его теплой постели и затолкаю все его пророчества обратно ему в…

Взрыв хохота не дал ему договорить.

– Точно, так его! – воскликнул Цзянь, икая от смеха. – Задай ему трепку, ха-ха! Посмотрим, как Судьбе понравится, когда ему наконец надерут его священную задницу! Ха-ха, да!

От кого-кого, но от Цзяня Никлосса Аннев такого не ожидал.