Молчаливые боги. Мастер артефактов

 – Шраон оттянул воротник и вытер шею. – Титус, сынок, возьми-ка свой щит. Пусть остается у тебя, пока мы здесь не закончим. Мало ли что.

Они направились к воротам, и лепестки цветущей вишни кружились вокруг них, как ароматный вихрь. Некоторое время тишину нарушал лишь цокот копыт по выложенной камнями аллее, пока путники двигались между цветущими деревьями – акры и акры цветущего сада простирались вокруг особняка.

Вдруг где-то поблизости ударили в гонг. По саду прокатился низкий монотонный гул, и в этот же момент деревья внезапно расступились, явив взорам мощные ворота.

Некоторое время все молчали, уставившись на изображение ворона. Наконец Шраон поднял руку и постучал. Вышло слишком тихо. Он постучал сильнее, но звук снова подхватил и унес ветер. Тогда кузнец что было мочи ударил по воротам кулаком и рявкнул:

– Эй! Есть кто?..

Снова грянул гонг, на сей раз ближе, а следом, едва затих его зычный гул, раздался женский голос:

– Что такое? Кто там? Пьодр, ты ждешь гостей?

Голос был низким и гнусавым, с хныкающими нотками – в общем, такой, услышав который невольно начинаешь скрипеть зубами от раздражения.

– Пьодр! – снова крикнула женщина. – Ты кого-то ждешь?

– Нет! – ответили из дома фальцетом.

– А?

– Не жду я никого!

– Ну так пошли слугу, черт побери, пусть откроет!

Дверь дома распахнулась, и на пороге возник крепкий мужчина в цветастом жилете и черных брюках. Прищурившись, он оглядел компанию за воротами:

– Донья! Это еще что? Кто вы? Вас послала Гильдия рабовладельцев? – Он поднес ладонь ко рту и прокричал в сад: – Донья! У нас и правда гости!

– Кого там принесло?

Из розового вихря лепестков материализовалась необъятная женщина в черном платье.

Лицо у нее выглядело до странности худым. Она стояла, опершись о стену, как будто переводила дух.

– Что все это значит? – заскрежетала толстуха. Вид у нее был такой, словно одно присутствие этих людей оскорбляло ее до глубины души. – Вы зачем здесь? Сколько можно повторять: время изъятия вы оговариваете с Тианой – а если она не может вас принять, то с Кетритом.

Нельзя вот так сваливаться – как снег на голову!

Она сморщила нос, словно почуяла неприятный запах.

– Мы не от Гильдии, – произнес Шраон громко, чтобы оба его услышали, – и мы здесь не из-за… изъятия. – Он переводил взгляд с мужчины на толстуху и обратно. – С кем имею удовольствие беседовать?

Женщина, Донья, скривилась еще сильнее; лицо Пьодра озарила белозубая улыбка, но глаза оставались холодны.