Молчаливые боги. Мастер артефактов

– Эти люди – мои рабы, – заявил Шраон, изрядно удивив своих спутников, которые, однако, постарались ничем этого не показать. – Ты что же, намереваешься отнять у меня мою собственность?

Алкоран усмехнулся:

– С каких это пор иннистиульский работорговец путешествует без охраны, в сопровождении рабов, не закованных в цепи? Не пудри мне мозги. Эти пятеро – свободные граждане Большой Лукуры. Может, Бордерлунда. В любом случае я их забираю.

– Но мы и вправду его рабы, – вдруг произнес Брайан и вышел вперед. Откуда на плече у мастера, еще мгновение назад безоружного, взялся молот, было загадкой.

 – Ты что же, назвал нашего хозяина лжецом?

Алкоран смерил взглядом громадный боевой молот, покоящийся на плече великана. Лошадь капитана, повинуясь беззвучной команде, попятилась.

– Это так, парень? – спросил Алкоран, обращаясь к Анневу. – Ты действительно раб? Подумай хорошенько, прежде чем давать ответ. Ты можешь обрести свободу, вступив в армию Палдрона.

– Я служу мастеру Шраону всю свою жизнь, – гордо ответил Аннев.

 – Он добрый и щедрый хозяин. Думаю, преданность ему сулит мне больше свободы, чем служба в вашей армии.

На губах капитана заиграла зловещая улыбка.

– Всю жизнь, говоришь? Как это так, если любому дураку ясно, что ты дарит, а все дариты свободны по праву рождения.

Теперь все взгляды были устремлены на Аннева. Ну же, думай!

– Я дарит лишь наполовину – моя мать была илюмиткой.

– Так ты ильдариец! – мерзко заржал лысый капитан и плюнул Анневу в лицо. Потом повернулся к Шраону.

 – Зря ты его кормишь, лучше бы прикончил да жил спокойно. Это ведь ильдариец, а от ильдарийцев одни только несчастья. Некоторые даже якшаются с магией.

Тут Аннев не выдержал и опустил голову, но Шраон уже спешил ему на помощь.

– Мальчик всегда был верен мне, – сказал кузнец, – как и его отец, который был мне хорошим слугой. И уверяю тебя, в этом парнишке нет ни капли магии.

«Да уж, ни капли, – горько подумал Аннев. – Правда, вчера он спалил целую деревню». Он так и стоял с низко опущенной головой, даже не вытерев слюну со щеки.

Ему вдруг показалось, что он снова очутился в Академии и Фин с дружками над ним издеваются.

Взгляд Алкорана в очередной раз скользнул по «рабам», задержавшись на Брайане.

– А что с остальными? – спросил капитан. – Они тоже ильдарийцы или еще кто похуже?

– Они простые даритские рабы, – ответил Шраон. – Неотесанные деревенщины и воры. Всех четверых я выкупил из тюрьмы – между прочим, на законных основаниях.