Любовь – лекарство от старости

Симон с цветами и коробкой конфет зашел, улыбался и выглядел счастливым, об этом говорил весь его сияющий вид. Наталья сдерживалась, чтобы не выдать радость и не рассказать о звонке. Надеюсь он пришел не для того, чтобы сообщить о примирении с Эллой? Вручил цветы и прошел в ванную мыть руки. Она занялась ужином. Суетилась на кухне.

– Сегодня отличный день в институте и практика была в больнице. Обнял ее. -Ужин сейчас налажу.

– Какой ужин? Потом.

– Нет, ужин по расписанию.

– Я не хочу есть. Принес шампанское, давай выпьем.

– Ну что ж, давай.

Достала хрустальные фужеры. Симон наполнил их искрящимся шампанским.

– За нас. Прикоснулся своим фужером к ее и выпил.

Она отпила немного.

Он усадил ее себе на колени. Обнял и не выпускал из рук. Молчал. Сидеть было приятно, ощущая друг друга. От него шла волна тепла, сквозь ткань рубашки жаркое молодое тело, пахло слегка сигаретами и мужским парфюмом. Разные мысли появлялись и исчезали в голове. Хотелось плакать, от счастья или от несбыточности мечты.

Больше ничего не надо. Готова вот так сидеть с ним обнявшись, смотреть как за окном зажигаются огни в соседних домах и освещение вдоль дорожек во дворе. Они не зажигали огня. Было сумеречно в кухне, но достаточно видно. Поцелуи легкие, приятные не заставили себя ждать. Мысленно упрекала себя, что поддалась, не могла противостоять ласкам. И его губам. Они целовались, какой тут ужин. Она сидела у него на коленях и чувствовала, что дальнейшего, что назревало, не избежать. Природу не сломаешь. Это выше сил. Здравые постулаты, веские доводы растворились и исчезли. Но видимо его ласки не до конца отключили разум. Наталья остановилась. Перевела дыхание. Надо что то делать, прекратить немедленно, иначе будет поздно. Прошептала.

– Не будем торопится. И решительно оттолкнула его от себя. Он с трудом оторвался от нее и вздохнув, кивнул.

Ужинали при свечах. Такой вечер у нее был впервые. Да у нее все впервые, усмехнулась она. Вместе вымыли посуду.

В комнате душно и окна настежь. Смешно наверное со стороны, выискалась великовозрастная девочка, недотрога, ну конечно смешно. А если так бывает, если невозможно с собой ничего поделать, переступить невидимую черту. Мораль не дает. И хочется и колется и мама не велит.

Наверное не имела права подслушивать разговор. Не ожидала. Он стоял в комнате у окна и говорил по телефону. Первые фразы сбили с толку и она готова была провалится сквозь землю.