Город чудес

* * *

В некотором роде современный мир теперь кажется Сигруду очень новым и продвинутым. В его дни автомобили встречались редко, телефоны и подавно, а пистолеты и винташи были дорогими экзотическими штуковинами.

Тем не менее, к его удивлению, мир остается в точности тем же самым. Например, если бы кто-то сказал Сигруду, что в этом очень современном, очень продвинутом обществе по-прежнему можно использовать поддельную трудовую визу – надежный запасной вариант, к которому прибегали разведчики, когда он был на службе, – чтобы пересечь Южные моря вплоть до Наваштры в Сайпуре, он бы подумал, что этот человек – дурак.

Ведь бюрократы и власти должны были закрыть разнообразные лазейки, которые делали такие подделки возможными? Ведь этому новому поколению, купающемуся в таком количестве технологий и инноваций, следовало найти способ устранить этот заурядный обман?

Но похоже, что мельницы правительства мелют еще медленнее, чем Сигруд себе представлял. Потому что он наряду с десятками других неряшливо одетых дрейлингов и континентцев беспрепятственно покупает билет и плывет через Южные моря в Наваштру без происшествий.

Сайпурские чиновники даже не смотрят в его сторону. Возможно, Сайпур так сильно нуждается в умелых рабочих, что его не особенно волнует, если некоторые из них будут вредоносными агентами.

Попасть из Наваштры в Галадеш потрясающе просто. Все идущие вдоль побережья транспортные пути – будь то дороги, маршруты кораблей или рельсы – неизбежно поворачивают к Галадешу, второму по величине городу мира, бесспорной столице цивилизации.

И хотя блокпосты и меры безопасности в Галадеше серьезнее, чем где-либо, они все же не настолько серьезны, как те, с которыми Сигруду приходилось справляться на службе сайпурскому Министерству иностранных дел, – и, удивительное дело, они не представляют никакой угрозы для него.

«Возможно, это общество, которое я никогда не мог себе представить, – думает он. – Возможно, это общество, где более или менее царит мир».

А потом он внезапно оказывается на месте. Он ходит по Галадешу свободно и беспрепятственно – по городу, который во многом определил его жизнь и бесчисленное множество других жизней. Потому что любой выбор, сделанный здесь – касайся он хоть войны, хоть торговли, – обязательно имел миллионы последствий и жертв.

Сигруд старается не озираться, пока идет по Галадешу. Его больше всего поражает, насколько город чист и хорошо организован.