В ожидании солнца

– И кто же это был? – мотор пышет жаром и издает гортанный звук.

– Люк Вайнс. Парнишка поучаствовал в пари братьев Кроу.

– И здесь они успели преуспеть.

– Ничего, мои новые капканы вдоль забора, вмиг отрубят желание проказничать.

Я в восторге от идеи Адама и уже смакую картину с визжащими от боли кретинами на поле.

– Ладно, я поехал. Будь осторожен.

Ферма Ригсона – это отдельная причина зависти большинства горожан. Ее расположение, лакомый кусочек для инвесторов. Неподалеку главное шоссе, а вокруг горы с зелеными сосновыми одеждами.

Я рассматриваю пейзажи, невзирая на то, что уже миллион раз проезжал мимо них. Свинцовые капли дождя пульсируют на лобовом стекле, и приходится врубить дворники. Они со скрипом смахивают воду, заглушая песню по радио. Зигзаги молний, попеременно пронзают низкие тучи, будто кто-то пытается попасть в мишень, но имеет проблемы со зрением. Я молюсь, чтобы пикап не заглох за городом, и я смог добраться домой.

***

Шейн со стаканом воды в руке, растягивает длинные ноги на диване в гостиной и лишь мельком взглянул на меня, когда я вошел в дверь.

Что теперь-то не так? Я бросаю ключи на высокий столик в прихожей и снимаю ботинки, поочередно наступая себе на пятки.

– Ты не разговариваешь со мной четвертый день. Причина?

Молчание всегда меня бесит, а брат выигрывает титул великого немого ковбоя лет, пять подряд, и я постоянно остаюсь в дураках.

– Шейн?

Его брови, как и мои, хмурятся и сосредотачиваются на переносице. Затем, я вижу свои часы на столике собранного из колеса и куска шлифованного дерева.

Черт! Я ищу их со дня визита к Рейчел и ее раненому псу Роско. Видимо, Шейн обнаружил их там.

– Что это значит, Уилл?

– Не кипятись раньше времени. Рейчел позвонила мне и попросила спасти одного дворнягу.

– С каких пор, ты срываешься на вызов к собаке?

– А почему нет? Я изучал анатомию не только крупнорогатого скота.

– Я думаю, ты проникся мисс Аркетт. Впервые за много лет, ты делаешь что-то не просто так, а ради кого-то.

Взгляд брата устремлен прямо в мое лицо.

Глаза с издевательским полицейским прищуром, выводят из равновесия.

– Да какого хрена, я должен перед тобой распинаться! Даже если я намерен забраться к ней в кровать, тебя это будет касаться, в крайнем случае!

Шейн встает, с грохотом ставит бокал на тот же самодельный столик, на котором тикают часы и одной рукой, прибивает меня к стене.

– Не делай ей больно, Уилл. Она не Моррисон и не все те подстилки из твоего списка.