Восстание мертвых

Вы отследили положение этого пользователя в реальном мире? Как скоро вы сможете доставить его сюда?

Беспилотный кеб дернулся и заскользил вдоль Центрального парка по направлению к югу. На тротуарах не было ни души, лишь изредка появлялись охранные патрули – все это не шло ни в какое сравнение с многолюдными улицами других крупнейших мировых городов.

– Сделано, сэр. Он уже здесь. Это Дэвид. Дэвид Фостер.

Грейнджер понятия не имел, кто такой Дэвид Фостер, но тут же принялся строить предположения. Заметив его замешательство, Миллениал объяснил:

– Из подразделения антивирусов.

– Что?

– Он был сам не свой.

– Похоже, ты не ожидал меня увидеть, Дэвид, – заметил Грейнджер, и это было еще мягко сказано.

Дэвид Фостер сидел на полу в маленьком чулане, прикованный наручниками к стеллажу. Рот его раскрылся, когда в комнату вошел Грейнджер.

Теперь он его закрыл.

– Н-нет, сэр, – пробормотал он. – Ну, может, немного. Я не понимаю, что происходит. Почему я в наручниках?

Грейнджер установил складной стул и уселся на него. Теперь он вспомнил Дэвида. Он был одним из его программистов – толстым парнем с белой, как мел, жирной кожей.

– Сколько ты работаешь на меня, Дэвид? – спросил он.

– Не знаю. Может, пару лет.

– Ты понимаешь, где ты?

– Да, конечно, понимаю. А… А о чем вы?

– Скажи мне, – настаивал Грейнджер. – Скажи мне, где мы.

Дэвид посмотрел на Грейнджера, а затем на охранявших его Миллениалов, словно решив, что его разыгрывают.

– В Центре всемирной торговли. В Нью-Йорке… Я имею в виду, на Манхэттене. В Республике Манхэттен.

Грейнджер оглянулся и щелкнул пальцами. Лакей передал ему планшет с нужной информацией – личным делом Дэвида Фостера.

Грейнджер пролистал данные.

– Здесь говорится, что ты работаешь на корпорацию Миллениалов уже больше трех лет.

– Пару лет… Три года… – Дэвид пожал плечами.

– А до этого ты был…

– Никем, – ответил Дэвид. – Это моя первая… Если, конечно, не считать тех денег, которые я получил, играя в ролевые игры онлайн. Это моя первая работа. И единственная, о которой я мог мечтать. Мой брат…

– Твой брат тоже на меня работает, да? Как его зовут?

– Его зовут Гарет. Но зачем?..

– А девичья фамилия твоей матери?

Это, видимо, был самый сложный вопрос, поскольку Дэвид задумался.