Дремлющий демон Декстера

Он моргнул и положил руку ей на плечо. Руководить людьми – это наука.

– Расслабьтесь, детектив. Она не собирается вторгаться в ваши должностные прерогативы. Просто будет связываться с вами, если у нее появится информация. Свидетели и все такое. Ее отец был чертовски хорошим копом! Договорились? – Глаза капитана остекленели и сфокусировались на другом конце парковки. Я проследил за его взглядом. На стоянку въезжал фургон Седьмого канала. – Извините, – сказал Мэттьюс, поправил галстук и с серьезным выражением лица направился к фургону.

– Puta![12 - Шлюха! (исп.)] – прошипела Лагуэрта.

Не знаю, было ли это просто общим наблюдением или относилось к Деб, но я решил, что самый момент тоже исчезнуть, пока Лагуэрта не вспомнила, что офицер Puta – моя сестра.

Когда я вернулся к Деб, Мэттьюс уже жал руку Джерри Гонсалесу с Седьмого канала. Джерри – чемпион Майами по кровавой журналистике. Парень моего типа. На сей раз он будет разочарован.

Легкая дрожь прошла у меня по коже.

Никакой крови.

– Декстер, – Дебора старалась говорить голосом полицейского, но я-то слышу, что она волнуется, – я поговорила с капитаном Мэттьюсом, он допускает меня к делу.

– Я слышал, – ответил я. – Будь осторожна.

Она прищурилась:

– Что ты имеешь в виду?

– Лагуэрта.

– А-а, эта! – фыркнула Дебора.

– Да, эта. Ты ей не нравишься, и она не хочет тебя видеть на своей поляне.

– Круто. Но она подчиняется приказам капитана.

– Ну-ну. И вот уже минут пять думает, как их обойти. Так что посматривай по сторонам, Деб.

Она только пожала плечами:

– И что же ты выяснил?

– Пока ничего. Лагуэрта уже идет не в ту сторону. А вот Винс говорит… – Я замолчал.

Не слишком ли тонкая тема, чтобы озвучивать ее?

– Что говорит Винс?

– Мелочь, Деб. Деталь. Кто знает, что она может означать?

– Никто так и не узнает, если ты не расскажешь о ней.

– Понимаешь… в теле не осталось крови. Совсем не осталось.

Дебора на секунду затихла, раздумывая. Не с благоговением, как я, а просто раздумывая.

– Ладно, – наконец сказала она. – Сдаюсь. Что это значит?

– Слишком рано судить.

– Но ты считаешь, что это должно что-то означать.

Это означает странное легкомыслие. Означает, что появился зуд желания больше узнать об убийце. Означает одобрительный смешок Темного Пассажира, который после священника должен был бы сидеть тихо. И все это довольно сложно объяснить Деборе, ведь правда? Так что я сказал только:

– Все может быть, Деб.