Эра акынизма

Опоздав, как положено по этикету, на пятнадцать минут, Татьяна Ивановна не спеша подошла к «Маяку».

– Татьяна Ивановна, если бы вы мне не назначили встречу, я бы никогда не осмелился заговорить с такой красавицей. – Василий был искренен, как никогда.

Действительно, со вкусом одетая, на каблучках, в облегающем платье, с распущенными, спадающими на плечи светло-русыми волосами, Татьяна выглядела более чем эффектно.

– Спасибо, на добром слове. Мы не на работе, давай переходить на ты.

Меня зовут Татьяна.

– Танечка, это вам, – Василий протянул цветы. – И вот это – с восхищением вашей красотой, – Лынев протянул коробочку с парфюмерией, – надеюсь, что тон угадал.

– Спасибо. От такого подарка невозможно отказаться. Если не секрет, откуда такие возможности? Этого же и в Москве не найти?

– Старые связи. Если что из косметики потребуется, только скажите, для вас обязательно достану.

– Буду иметь в виду. Кстати, у вас хороший вкус. Галстук очень подходит к пиджаку.

Это у мужчин в провинции редко случается.

Так, говоря друг другу комплементы, они вошли в ресторан, прошли в банкетный зал, где Василий еще в первом часу, сразу после разговора на заводе заказал столик.

Учась в Москве, Василий, как человек общительный, дружил с разными людьми. В его группе учились ребята, родители которых работали в министерствах, ЦК, были известными учеными. В компаниях, празднуя дни рождения, участвуя в других застольях, такие студенты вели себя совсем иначе, чем провинциалы, а особенно ребята из деревень или райцентров.

Были они не скованы, но и не развязны, говорили непринужденно и естественно. Как правило, их застольные разговоры сводились к обсуждению театральной Москвы или новинок литературы. Василий исподволь присматривался к такой манере, поведению и за четыре года учебы многое перенял.

Как ни удивительно, но меньше всего об основах этикета он узнал от иностранцев, с которыми по фарцовочным делам сталкивался, обедал и ужинал последние года два своей московской жизни.

Были те интуристы, как правило, развязны и в общем-то неприятны Василию, но уж очень хорошо он зарабатывал, скупая у них и перепродавая тряпье. Однако кое-чему научился он и у этих своих знакомцев.

Поэтому, подойдя к столику, Василий выбрал самое удобное место, откуда можно было рассмотреть весь зал, отодвинул стул и предложил Татьяне занять его.