Дни прощаний

– Эй… Ты держишься?

– Давай определимся, что значит «держишься». Я жив. Мое сердце бьется.

– Время – единственный лекарь. Время.

Сестра немногим старше меня, но иногда она кажется гораздо мудрее девушек ее лет.

– Тогда я хочу лечь спать и проснуться лет через десять.

Мы пристально смотрим друг на друга. Мои глаза полны слез, и на этот раз дело не в тоске и не в усталости. Дело в доброте Джорджии. Я превращаюсь в сущего младенца перед лицом истинной доброты. У меня перехватывает дыхание, когда смотрю на YouTube видео, где кто-то безвозмездно отдает свою почку незнакомцу или спасает умирающую от голода бродячую собаку, или что-то еще в этом духе.

– Я знаю, ты скучаешь по ним, – сказала Джорджия. – Я тоже буду по ним скучать. Даже по Эли, который постоянно пытался заглянуть мне в вырез блузки.

– Однажды Марс нарисовал тебя в бикини и подарил рисунок Эли.

Она закатывает глаза.

– Ты хотя бы защитил мою честь?

– Конечно. Но рисунок и вправду был отличный. Марс был классным.

Я всхлипываю, а Джорджия с сочувствием смотрит на меня и снова обнимает.

– У меня осталось немного лазаньи.

– Я поел у Блейка.

– Пока ты был на похоронах, звонили мама с папой. Они хотели поговорить с тобой. Позвони им.

– Ладно. – Я немного медлю, а потом выпаливаю: – Знаешь… после похорон ко мне прицепился репортер.

У Джорджии вытягивается лицо.

– Что? Репортер хотел поговорить с тобой после похорон твоего лучшего друга? Ты издеваешься? Какого черта?

– Да. И он был очень настойчив.

Типа, – я имитирую голос Даррена, – «что ж, Карвер, я собираюсь написать об этом, а у новостей не бывает перерыва на горе, так что если ты хочешь рассказать мне свою версию, тем лучше для тебя».

Она отступает на шаг назад, скрещивает руки на груди и в бешенстве кривит губы.

– И как зовут этого кретина?

Мне хорошо знакомо это выражение ее лица. Оно появлялось у нее каждый раз, когда я в младших классах рассказывал, что дети дразнят меня, и она отправлялась на «разборки».

– Пожалуйста, не надо. Не сомневаюсь, будет только хуже.

– Для него.

(И она права.)

– Для меня.

Мы зашли в тупик. Она вдруг начинает принюхиваться.

– Кстати о новостях – от тебя воняет.

– Я весь день был в костюме, а сегодня жуткая жарища. Но это неважно.

– Прими душ. Сразу почувствуешь себя лучше.

– Я совсем отчаялся и, судя по всему, воняю, как дерьмо. И как я смогу почувствовать себя лучше?

* * *

Джорджия оказалась права.