Исчезнувший

Писать музыку вам никогда не наскучит. Райм попытался представить, каково это – писать музыку. Сам он считал, что не обладает творческими способностями. В одиннадцать или двенадцать лет Райм брал уроки фортепьяно, но хотя страстно влюбился тогда в мисс Блейкли, эти занятия ничего ему не дали.

– Так ты со мной, Линк?

– Ты же сказал, что дело странное.

Постепенно завладевая вниманием Райма, Селитто привел новые детали.

– Из зала наверняка можно как-то выбраться. Но ни в самой школе, ни в нашей команде никто не понимает как.

– А место преступления?

– Все еще не тронуто. Нельзя ли поручить это Амелии?

Райм взглянул на часы:

– Она будет занята еще минут двадцать.

– Это не проблема. – Селитто похлопал себя по животу так, словно искал исчезнувшие фунты. – Я позвоню ей на пейджер.

– Только не отвлекай ее сейчас.

– Почему? Что она такое делает?

– Наверняка что-нибудь опасное, – рассеянно отозвался Райм, вновь сосредоточившись на сладком звуке трубы. – Что же еще?

Прижавшись лицом к стене дома, она вдыхала запах сырого кирпича.

Ладони ее вспотели, голова под копной огненно-рыжих волос отчаянно чесалась. Амелия не шевельнулась даже тогда, когда к ней тихо приблизился одетый в форму полицейский и тоже сразу уткнулся лицом в кирпичную стену.

– В общем, ситуация вот какая, – начал полицейский. По его словам, за углом дома находилась пустая автостоянка, посреди которой сейчас стояла угнанная машина. После длительной погони она попала в аварию.

– Машина на ходу? – спросила Амелия Сакс.

– Нет. Врезалась в мусорный ящик и разбилась. Три преступника – мы преследовали всех троих, но одного потом взяли. Второй сидит в машине с каким-то жутким охотничьим ружьем – ранил из него патрульного.

– Что за рана?

– Поверхностная.

– Он там?

– Нет, смог уйти.

– А третий преступник? – спросила она.

Полицейский вздохнул:

– Черт побери, он пробрался на первый этаж вот этого здания. – Он ткнул пальцем в стену дома, к которой они сейчас прижимались.

Обдумывая информацию, Сакс переступила с ноги на ногу. «Черт, как больно! Проклятый артрит».

– А какое оружие у того, кто захватил заложницу, Уилкинс? – спросила она, прочитав имя своего собеседника у него на груди.

– Пистолет. Неизвестной системы.

– А где наши?

Молодой человек указал на двух полицейских, прятавшихся в задней части стоянки, за оградой.

– Еще двое перед зданием.