Глубокий шрам

– Для ясности. При таком ведении дел контора может в любой момент дать справку о состоянии счета каждого рабочего. Кроме того, этот способ исключает споры с рабочими при оплате их чеков. Конечно, такая работа не входит в обязанности стенографистки, но она подготавливает вас к работе старшего клерка угольной конторы. Я хочу, чтобы вы знали всю канцелярскую работу угольных контор Континентальной угольной компании.

Селден никогда не давал Кристин нового задания, пока она не усваивала предыдущее настолько, чтобы работать так же четко и точно, как опытные служащие.

Он требовал от нее постоянного совершенствования знаний и безупречного владения техникой. Его метод обучения был медленным, но верным.

Через некоторое время Кристин по-настоящему заинтересовалась работой. Ученицу Селдена захватывали мощь Компании, масштабы ее операций и неукротимое стремление к захвату новых рынков. Восхищаясь могуществом промышленной империи, она гордилась тем, что является одним из винтиков ее колоссального механизма.

Селден заметил у нее пробудившийся интерес к делу и постепенно увеличивал объем работы. Незаметно для себя Кристин стала выполнять всю канцелярскую работу конторы и делала это хорошо. С наибольшими трудностями она встретилась при изучении техники стенографии, но и здесь Селден оказался ценным руководителем. Помимо объяснений, он использовал каждую свободную минуту в конторе, чтобы диктовать ей, постепенно увеличивая скорость диктовки.

Через четыре месяца Кристин овладела стенографией, и ее карандаш легко летал по бумаге, не отставая от стремительного потока слов управляющего, когда он диктовал ей свои доклады или обширную корреспонденцию. Выполняя обязанности его личного секретаря, Кристин была посвящена в секретную переписку с главной конторой Компании. Она знала также содержание информационных бюллетеней, которыми обменивались управляющие шахтами.

Молодая женщина начинала постигать сложную механику управления угольным производством. Ее дни были заполнены работой.

С появлением новых интересов чувство одиночества понемногу теряло свою остроту. В выходные дни, когда Кристин была свободна, ей иногда вспоминалось пережитое с Беннетом, но она гнала прочь эти воспоминания. Обида и оскорбление, которые он ей нанес, забывались за работой. Ей даже стала нравиться тишина Айвенго.