Глубокий шрам

По утрам он снова становился управляющим и с прежним спокойствием твердой рукой управлял шахтой. Затаив свою ненависть, Айвенго вынужден был повиноваться.

Селден хотел присутствовать на массовых похоронах жертв взрыва, но Кент решительно воспротивился его намерению.

– Лучше этого не делать, Джерри, – твердо сказал он. – Вы знаете, что они обвиняют во взрыве вас. Пока вам удается держать рабочих в руках, но не стоит чересчур возбуждать их злобу. С мужчинами мы еще могли бы справиться, но там будут женщины, а если они впадут в истерику, то нельзя предвидеть, чем все окончится.

У нас нет достаточного количества вооруженных людей, чтобы встретиться с разъяренной толпой, и вполне вероятно, что нам не удастся вас спасти.

– Я не боюсь, – спокойно ответил Селден.

– Я понимаю ваше состояние, Джерри. Вы хотите встретиться с ними, но именно этого делать нельзя. Толпа может разорвать вас на куски.

Селден пожал плечами.

– Хорошо, – согласился он. – По-моему, я должен присутствовать на похоронах и показать, что не боюсь и не прячусь.

– Мы знаем, что вы не прячетесь, но они поймут иначе. У большинства из них погибли близкие люди. Они легко могут потерять голову, и тогда может случиться непоправимое. Мы не сможем вас спасти.

Селден на похороны не пошел.

* * *

На кладбище ровными рядами были выставлены гробы с изуродованными телами шахтеров. Бледные, жалкие цветы, выросшие на склонах ближайших холмов, покрывали трупы. Отсутствие Селдена было замечено. Из уст в уста пробежал глухой ропот возмущения.

Над свежей братской могилой звучали проклятия и угрозы управляющему.

После похорон жизнь Айвенго быстро вошла в обычную колею. Горе и отчаяние затаились в домах осиротевших семей. Катастрофа перестала быть общей бедой поселка. Оставшиеся в живых рабочие готовились к спуску в шахту, где заканчивались восстановительные работы. Они не забыли о погибших товарищах, но с обычным для углекопов фатализмом гнали от себя страх и мысли о смерти.

Однако ненависть к Селдену только усилилась и достигла наивысшей точки в тот момент, когда он рассказывал на судебном следствии о событиях рокового дня.

Управляющий говорил бесстрастно, не делая ни малейшей попытки приукрасить свои действия. Айвенго оценил его ответы как проявление наглости и равнодушия к несчастью, обрушившемуся на поселок.

Селден явился на допрос под усиленной охраной. Шахтеры безмолвно расступались перед ним, когда он медленно проходил сквозь их ряды к месту свидетелей.