Твоя тень

Надо кое-кого по базе пробить, – сказала Дэнс, кратко ввела Ти-Джея в курс дела и продиктовала ему номер шутника, звонившего Кейли.

– А на этого вашего Эдвина Шарпа вообще есть что-нибудь? Что-то конкретное? Может, проверить? – спросил Ти-Джей.

– Обычный тип. Попробуй найти судебные иски, запретительные приказы[4 - Запретительный приказ – в англосаксонском праве вид судебного приказа, которым суд предписывает тому или иному лицу воздерживаться от совершения определенных действий в отношении другого лица; обычно используется как средство защиты жертв домашнего насилия, сексуального преследования, вторжения в личную жизнь.

] или обвинения в преследовании: пробей по базам судов Калифорнии и Вашингтона. Ах да, и можно еще посмотреть Орегон.

– Хорошо! Будет сделано! Так, значит, сосны, «пино нуар» и сыр?.. Ах, черт! Это я с Висконсином перепутал!

– Ну ты даешь! Ладненько, Ти-Джей, хорошего тебе вечера! Отдыхай как следует!

– Мы и так веселимся на полную катушку! Вот панду тут выиграл для Сэди… – Голос Скэнлона снова отдалился.

 – Слушай, я ведь не шучу! Ты, похоже, не знаешь, на что способна центробежная сила… Ладно, Кэтрин, давай, до скорого!

Дэнс сбросила звонок и набрала Джона Боулинга, но попала на автоответчик. Отпив вина, она решила, что пора уже укладываться спать. Кэтрин поднялась, зашторила окно, почистила зубы, сменила халат на безразмерные шорты и выцветшую розовую футболку – ночную рубашку она надевала только по особым случаям – и улеглась в кровать.

Перекатившись на бок, женщина пошарила рукой в поисках выключателя света, да так и замерла как громом пораженная.

Окно!

Прежде чем отправиться в гараж к Вильялобосам, Кэтрин задернула и тоненькие тюлевые занавески, и плотные шторы – окна номера на первом этаже выходили на автостоянку и маленький парк, находившийся за четырехполосным шоссе.

И пять минут назад она снова задернула те же самые тюль и шторы!

Получается, что кто-то успел побывать в номере! Неужели горничная не заметила табличку «Не беспокоить»?

«Нет, это точно не горничная.

Комната как была в беспорядке, так и осталась. Постель по-прежнему смята, – подумала Кэтрин, вспоминая, как днем плюхнулась на нее, когда болтала с детьми».

Ничего, казалось, не изменилось. Темно-зеленые чемоданы лежали именно там, где она их и оставила. Одежда висела в стенном шкафу на антивандальных плечиках, а пять пар обуви стояли в ряд у комода – все казалось нетронутым.