Похитители тел

Меня разбирает позвонить президенту Соединенных Штатов, поднять по тревоге армию, ФБР, морпехов, кавалерию… вроде того. – Он юмористически покрутил головой и сразу же посерьезнел. – Мне надо, чтобы какой-нибудь правильный человек – все равно кто – осознал, как это важно, и поступил правильно, не совершив ни одной ошибки. Вся штука в том, что любой, кому я откроюсь, может оказаться неправильным и наломать дров. Полиция исключается сразу. – Тут Джек понял, что повторяется, и замолчал.

– У меня такое же чувство, – подтвердил я.

 – Как будто от наших действий зависит судьба всего мира. – Когда в медицине встречается трудный случай, ответ иногда приходит сам собой, ниоткуда – подсознание, скорее всего, срабатывает. – Джек, – спросил я, – какой у тебя рост?

– Пять-десять.

– Это точно?

– Да, а что?

– А в том внизу, по-твоему, сколько?

– Столько же.

– Теперь скажи, сколько весишь.

– Один стоун сорок фунтов. Как и он. Это ты точно определил, но в остальном мы как-то не очень похожи.

– Есть у вас штемпельная подушечка?

– Не помню.

Есть? – спросил Джек жену.

– А что это?

– Чернильная подушка. Для штампов.

– Кажется, была где-то. – Теодора принесла подушечку, Джек достал из другого ящика лист бумаги.

Я смочил подушку чернилами, прижал к ней все пять пальцев Джека и сделал на бумаге хорошие, четкие оттиски. Потом кивнул на дверь в бильярдную и спросил:

– Вы с нами, девочки?

Девочки явно не хотели туда идти, но не хотели и одни оставаться.

– Да, идем, – сказала наконец Бекки, и Теодора тоже пошла.

Джек включил свет над столом. Абажур качнулся, я хотел поправить его и сделал только хуже из-за дрожи в руках. Амплитуда его колебаний от края стола до головы мертвеца бросала тени на лоб и создавала впечатление, что труп шевелится. Не глядя на лицо незнакомца, я прижал к подушечке пальцы его правой руки, один за другим, и оттистул их на бумаге прямо под отпечатками Джека.

У Бекки вырвался стон – думаю, мы все почувствовали то же, что и она.

Одно дело строить теории, что этот человек никогда не жил, и совсем другое – получить наглядное доказательство. Это затрагивает какие-то первобытные глубины в твоем мозгу. Никаких папиллярных линий на его пальцах не было: мы видели перед собой пять густо-черных кружков. Сбившись в кружок, мы рассмотрели вблизи эти пальцы, с которых я вытер чернила: гладкие, как щечка младенца.

– Джек, – пролепетала Теодора, – меня сейчас вырвет.

Он обхватил ее и повел наверх.