Навсегда осталась твоей

Она всего лишь один из его охранников. Она не особенная. И она не хотела выделяться. Кроме того, она твердо верила в то, что королевская семья держит со всеми дистанцию. Поэтому она не одобряла непринужденное поведение принца.

Хотя теперь он не выглядел непринужденным.

В глубине его карих глаз сверкали золотые искорки, как монеты на дне ночного моря. Ее сердце забилось чаще. Затем его красивые губы изогнулись, будто она показалась ему забавной. Калиста рассердилась; она не любила, когда над ней смеются.

Она щелкнула каблуками гораздо громче обычного и решительно сказала:

– Ваше высочество.

Он улыбнулся и поманил ее пальцем:

– Подойдите, рядовой.

Калиста выполняла приказы всю свою жизнь, в том числе от самого принца. Тем не менее она помедлила долю секунды. Его улыбка была высокомерной, а согнутый палец раздражал ее. Кроме того, ее злила его обнаженная грудь. Ксеркс вел себя не как принц.

Все это не должно было повлиять на ее способность подчиняться приказам, но каким-то образом влияло.

Отмахнувшись от раздражения и надеясь, что он не заметил ее колебаний, Калиста шагнула вперед.

– Ваше высочество.

– Ближе, – тихо произнес принц. – Я не буду кусаться, обещаю. – Золотые искорки в его глазах сверкнули ярче. – Ну, по крайней мере, я не стану кусаться слишком сильно.

Хотя она недолго работала на принца, поняла: блеск его глаз и слегка резкий, насмешливый тон – признак того, что он сердится. И лучше всего не противиться ему, пока он в таком настроении.

Тем не менее последний его комментарий сильнее разозлил Калисту, и она не понимала почему. Это было очень странно.

– Ваше высочество, – повторила она и сделала еще один шаг к нему.

Он секунду пристально смотрел на нее, затем раздраженно вздохнул и подошел к ней.

– Когда я говорю – ближе, я имею в виду ближе. – Он уставился ей в глаза дымчато-золотистым взглядом. – Вот так. Мы хорошо понимаем друг друга?

На мгновение у Калисты отключился мозг. Она могла думать только о том, что Ксеркс находится очень близко к ней. Их разделяло всего несколько дюймов. Его соблазнительная обнаженная грудь, широкая и мощная, с гладкой оливковой кожей и резко очерченными мускулами, была прямо перед Калистой.