Поклянись быть моей

Он заметил ее сразу, как только вышел из воды, и посмеялся над ее жалкими попытками спрятаться. Разве можно спрятать в зелени такие яркие золотистые волосы!

А вот когда она вышла из своего укрытия, его веселости поубавилось. Высокая, статная, загорелая, с выразительным лицом. Она выглядела девчонкой-сорванцом, но при этом в ее облике присутствовала истинно женская чувственность. Она показалась ему златовласой богиней и смотрела на него так, будто никогда в жизни ничего подобного не видела, как будто изнемогала от мучившей ее жажды, а он был для нее глотком холодной воды…

Женщины никогда не смотрели на него как на чудо, и это потрясло его до глубины души.

И прогнало страх.

Он всего лишь хотел снять листья с ее волос. Во всяком случае, так он себе говорил, когда шел к ней. Он не собирался запускать руку ей в волосы, не собирался целовать ее. Но почему-то сделал это. Наверное, потому, что она стояла перед ним не шевелясь, и смотрела на него, и в ее глазах стоял вопрос, хотя она, вероятно, и сама не подозревала, что задает его.

И он дал ей ответ. Без колебаний.

Сначала ее губы были напряжены. Потом по ее телу прошла волна трепета, как будто у нее внутри шла битва, и одна часть ее капитулировала. И тогда ее губы расслабились и приоткрылись ему навстречу. Корзинка с ягодами выпала из ее рук.

А он, ощутив на ее губах вкус ежевики и еще чего-то сладкого, как мед, дал волю своему желанию, которое заставило его излить поднявшийся в нем жар в этом поцелуе. Она тихо застонала, и он ощутил легкое, неуверенное прикосновение ее пальцев к груди.

Ему не хотелось отпускать ее, так как он знал, что сразу вернется страх, однако он никогда никому не навязывался. Вот и на этот раз он выпустил волосы незнакомки и отстранился.

– Я… – заговорила она глухим, дрожащим голосом, – я… не знаю… я… – Она замолчала, пристально глядя на него.

Неожиданно она подхватила корзинку и побежала по тропинке, вьющейся вокруг озера.

Ахиллу очень хотелось побежать за ней, поймать ее и повалить на мягкую лесную землю, отвлечься от всего на свете, овладев телом этой прекрасной незнакомки. Однако он умел держать себя в руках, да и не привык гоняться за женщинами. Они всегда по собственной воле приходили к нему, так что и сейчас пусть все идет своим чередом.

Он несколько раз глубоко вздохнул, дожидаясь, когда уляжется возбуждение.