Французский десерт

Из дальнего конца зала ожидания шли две стюардессы, катя за собой крохотные чемоданчики. Фигуристая брюнетка, чьи ярко-красные губы привлекали гораздо больше внимания, чем такого же цвета пояс на её строгом форменном платье, конечно, выглядела эффектно. Но от взгляда на её напарницу в паху дёрнуло, а кровь от головы устремилась вниз. Вот уж кто действительно был в моём вкусе.

Об ярко выраженные скулы можно было порезаться, а насыщенно голубые глаза под густыми бровями казались глубокими озёрами Канады, всегда манящими меня своей чистотой и холодом.

На ней было точно такое же форменное платье, но фигуру скрывал чёрный плащ, полы которого развевались при каждом шаге длинных стройных ног. Она шла по проходу словно модель по подиуму, свысока скользя взглядом по ожидающим своего рейса пассажирам.

– Ну понятно, ты как и был любителем экстрима и нестандартных мест, так им и остался, – прыснул рядом Натан и ощутимо заехал мне локтём по рёбрам. – Брюнетка, конечно, огонь, но вот секс в туалете самолёта – идея так себе, я скажу.

Места маловато, не разгуляешься.

Как будто я об этом не знал. Ещё будучи студентами, мы как-то небольшой группой летали в Майами на весенний отрыв. Долгий ночной перелёт, девчонка, отношения с которой начались за пару дней до этого – страсть кипела в крови, а мы не очень-то и хотели её сдерживать. Я тогда набил себе несколько шишек на макушке, а ближайшие к туалету пассажиры косо пялились на нас весь оставшийся полёт.

Оно, конечно, не стоило того, но зато было что вспомнить.

– Не брюнетка, – процедил я краем губ, так как девушки как раз проходили мимо нас, и Натан хмыкнул в кулак.

– Кто бы сомневался, – весело протянул он. – Шатенка со строгим пучком, как дань любви к первой школьной учительнице. Может, она и за плохое поведение тебя накажет.

Друг расхохотался, заставляя вздрогнуть сидящую позади нас престарелую парочку, а я покачал головой.

Мда уж. Не нужно было рассказывать ему, как в старших классах я подкатывал к молоденькой преподше, от которой у меня только что слюни не текли. Теперь он припоминал мне это при каждом удобном случае.

– Но мордашка у неё, и правда, ничего. Особенно губы.

Да-а… Губы… Эти матовые губы так и хотелось целовать и прикусывать, особенно нижнюю, которая была чуть пухлее верхней, что только придавало ей какой-то особенной чувственности.