Лучшие вещи рождены болью. Том 1

Она натолкнулась на этот термин в интернете, в поисках хоть каких-то советов, как избежать побоев от отца. Она уже несколько месяцев безвылазно сидела на анонимном сайте психологической помощи и поддержки подростков, о котором безостановочно твердили по телевизору, и общалась с такими же, как и она, детьми, жертвами домашней тирании. Все они были глубоко подавлены, забиты и беспрерывно говорили о суициде. А Северина всё думала о том, как бы накопить денег и просто сбежать.

Казалось, на кладбище собралось чуть ли не полгорода, пришедших проститься с любимой женой самого главного пожарного.

Они беспрерывно подходили и выражали своё сочувствие, мистер Гудман с благодарностью и скорбью принимал их соболезнования, а Северине с каждым словом становилось всё противнее и противнее. Ей хотелось вопить во всё горло. Не того человека вы жалеете! Ему всё равно! Но стоило только ей открыть рот в попытках сказать хоть что-то, Томас тут же одёргивал её за руку, краем губ злобно шипя о том, что её может ждать дома, если она хотя бы пикнет. И она закрывала рот, понуро опуская голову. Сегодня ночью он сломал и её.

Вчера вечером, придя из похоронного бюро, мистер Гудман тут же схватился за бутылку виски, сначала наливая себе стакан за стаканом, а потом уже прикладываясь к узкому горлышку, пытаясь высосать последние капли со стеклянных стенок.

Северина в ужасе сидела в своей комнате и даже не могла запереться, чтобы хоть как-то обезопасить себя, потому что замка на её двери не было – приёмный отец постарался, как он любил говорить, ради безопасности.

Она только надеялась, что алкоголя будет так много, что Томас просто уснёт на диване в гостиной, где провёл весь вечер, рассматривая немногочисленные фотографии жены.

Но стоило ей услышать его тяжёлые и спотыкающиеся шаги на лестнице, надежда на то, что хотя бы в этот раз всё обойдётся, лопнула как мыльный пузырь, соприкоснувшийся с тоненькой травинкой. Северина быстро выключила компьютер и юркнула в кровать под одеяло, отворачиваясь лицом к стене.

Может, увидев, что она спит, Томас просто уйдёт.

Дверь в её комнату медленно открылась, расчерчивая пол полоской света. Мужчина несколько секунд стоял на пороге, вглядываясь в темноту, а потом шагнул внутрь. Свет снова погас. Северина лежала неподвижно, чуть дыша, а сердце стучало так громко, что она боялась, что ещё немного и оглохнет.

Её кровать под весом Томаса слегка прогнулась, и Северина зажмурилась, вся съёжившись в ожидании удара. Но его не последовало.