Лучшие вещи рождены болью. Том 1

А короткая стрижка со спадающей на серо-голубые глаза чёрной чёлкой делала этот образ окончательно завершённым и отталкивающим.

– О, ну вот же, а ты говорил, нет девчонок, – задумавшись, Хантер даже не заметил, как Филипп оказался за его плечом, вчитываясь в короткое личное дело Алессы. Он несколько раз моргнул, пытаясь понять о чём говорит друг, а потом, вспомнив их разговор, расхохотался как ненормальный.

– Это? – Хантер ткнул пальцем в снимок. – Это, друг мой, не девчонка. Это исчадие ада. Правая рука Тейшейра, и я больше чем уверен, что она закоренелая лесбиянка.

Ты же только посмотри на неё.

– Ну, ей бы волосы подлиннее и платье в обтяжку, да каблуки, и будет фотомодель, – Филипп прищурился, рассматривая девушку. – А вообще, андрогины сейчас в моде, если ты не знал.

– Андрогины это те, которые и нашим, и вашим что ли? – и на лице Хантера совершенно ясно читалось, с каким отвращением он к этому относится.

– А говоришь, что это я озабоченный, – Рейнольдс хохотнул, снова возвращаясь за свой стол.

Сегодня он явно был в приподнятом настроении. – К сексу это не имеет никакого отношения. Чаще всего, – он подмигнул другу. – Так что на твоём месте я бы задумался. Всё равно выбора у тебя особо нет.

Глава 2. Рождены болью

– Карл, где ты? Нам надо поговорить.

Виктория решительно влетела в квартиру в одном из престижных районов Белфаста и тут же остановилась в гостиной, посреди которой на диване в одних брюках развалился полусонный парень с взлохмаченными волосами и помятым лицом.

Тот мгновенно поморщился от громкого крика. Весь его вид говорил о том, что вчерашняя ночь прошла достаточно весело и закончилась не более нескольких часов назад.

– Вик, пожалуйста… – протянул он, прикрывая глаза ладонью от яркого полуденного света, заливавшего комнату сквозь панорамные окна. – Почему тебе обязательно нужно кричать? И ты же знаешь, что я терпеть не могу любые разговоры, начинающиеся с этой фразы. Я как будто уже заранее виноват.

– А ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу, когда ты называешь меня Вик.

Но это же тебя не останавливает, – Виктория скинула его ноги с дивана и плюхнулась на освободившееся место.

Карл застонал, чуть не упав на пол, но кое-как удержался на диване, так и оставшись наполовину свисать с него. Сил шевелиться не было. Слишком много виски было вчера выпито на очередной тусовке, устроенной его друзьями из числа золотой молодёжи.

Он посмотрел на девушку сквозь полуопущенные веки.