Белый Клык. Рассказы

Есть те, кто ел, и те, кого ели. Закон был такой: есть или быть съеденным. Волчонок не формулировал закона, не ставил границ, не разбирал его, чтобы сделать вывод. Он и не думал о законе, но жил согласно его велениям.

Он везде видел действие этого закона. Он съел птенцов глухаря. Ястреб съел их мать и хотел съесть его. Позже, когда он, волчонок, вырос, почувствовал свою силу, он хотел съесть ястреба. Он съел детеныша рыси. Рысь хотела съесть его, но сама была убита и съедена. И так без конца. Этому закону следуют все живущие и он тоже.

Он – хищник. Его пища только мясо, живое мясо, которое быстро убегало от него, улетало в воздух, взбиралось на дерево, скрывалось под землю, а иногда вызывало его на бой или гналось за ним самим.

Если бы волчонок умел думать как человек, он представлял бы себе жизнь в виде ненасытного аппетита, а мир – как собрание множества аппетитов, преследующих и преследуемых, охотящихся или убегающих от хищника, едящих или съедаемых, – и все это в слепоте и беспорядке, среди жестокости и расстройства, в хаосе, управляемом случайностью, беспощадностью и бесконечностью.

Но волчонок не думал как человек. Он был не способен к широким обобщениям, а следовал одной мысли, сиюминутному желанию. Помимо закона добычи было множество других, второстепенных законов, которые он должен был изучить, а изучив, повиноваться им. Мир полон неожиданностей. Жизнь, которая играла в нем, и силы, управляющие телом, доставляли бесконечное счастье. Охота за дичью давала наслаждение; борьба и гнев приносили удовольствие.

Даже ужас и тайна неизвестного укрепляли жизнь.

Кроме этого, в жизни было много приятных ощущений. Полный желудок, ленивая дремота на солнце – все это вполне вознаграждало его за все труды и рвение. А труды и рвение сами таили в себе награду. Они были проявлением жизни, а жизнь, когда проявляет себя, дает счастье. Таким образом, волчонок не сетовал на враждебную среду. Он был полон жизни, очень счастлив и очень доволен и горд собою.

Часть III

Глава 1

Творцы огня

Волчонок наткнулся на это нечаянно, по своей вине и неосторожности. Он вышел из пещеры и спустился к ручью, чтобы напиться. Возможно, что он не заметил этого еще потому, что был совсем сонный (он всю ночь провел на охоте и только что проснулся). Небрежность его объясняется еще тем, что путь к ручью был ему хорошо знаком. Он часто здесь бродил, и с ним ничего не случалось.