Бюро заказных убийств

Находясь в гуще событий, они устанавливают множество связей и обладают куда более широкими возможностями оценки и подбора кадров, чем я. Так вот, после того как претендент утвержден, его подвергают испытанию. С определенного момента залогом верности и преданности становится его собственная жизнь. Я знаю всех кандидатов, постоянно получаю характеристики на них, но собственными глазами вижу редко, и очень мало кто из них видел меня.

Как правило, первое задание бывает попроще: к примеру, устранить какого-нибудь несправедливого или слишком жадного дельца, мелкого продажного чиновника.

Согласитесь, это ничего, кроме пользы, миру не принесет. Но вернемся к теме. Каждый шаг кандидата в его первом деле отмечается нами таким образом, чтобы собрать против него улики, достаточные для обвинения любым судом страны. Причем все устроено так, что свидетельства поступают со стороны. Мы нигде и никогда не появляемся, именно поэтому еще ни разу не требовалось прибегать к закону для наказания провинившегося.

После успешного выполнения первого задания, когда кандидат становится одним из нас, мы приступаем к обучению его нашим методам…

– Правила этики входят в расписание занятий? – не удержался от саркастического вопроса Уинтер Холл.

– Непременно, – совершенно серьезно ответил хозяин кабинета. – Этика – один из важнейших предметов. Все, что не основано на понятии справедливости, подлежит беспощадному искоренению.

– А лично вам ближе принципы анархистов? – крайне неуместно осведомился посетитель.

Руководитель бюро покачал головой.

– Нет, я философ.

– Это одно и то же.

– Позволю себе не согласиться. Анархисты питаются благими намерениями, а я творю реальное благо. Какой смысл в философии, не имеющей практического применения? Возьмите традиционных анархистов. Вот они действительно решаются на убийство. День и ночь плетут заговор, разрабатывают тактику и, наконец, наносят удар, после чего почти неминуемо попадают в лапы полиции. А объект нападения, как правило, уходит целым и невредимым.

У нас же процесс протекает иначе.

– Неужели никогда не терпите неудач?

– Стремимся исключить саму возможность провалов. Любой сотрудник, совершивший ошибку – неважно, по какой причине, – наказывается смертью. – Драгомилов с гордым видом помолчал и самоуверенно добавил: – Мы никогда не оставляем без внимания поражения. Конечно, на исполнение заказа предоставляем год. Если необходимо решить сложную, масштабную задачу, за дело берутся надежные помощники.