Будем жить по-новому! Сопротивленец. Книга 1

Тут пушка разродилась выстрелом, и встал, задымился немец, полезли из башни черные фигурки.

«А мы их из винтовочки постреляем!» – одного снял наш бурят, что сверху вылез, остальные, возможно, под танком залегли.

Танки нас расстреливают, хотя снаряды куда-то в лес улетают. А я лежу и мыслю «Это же хорошо, что речка илистая, может быть, увязнут, если форсировать станут. Однако, слишком быстро едут, а мы мажем. Как же страшно-то, елки-палки, когда на тебя танки прут!»

Но, когда танки подкатились метров на 300, наши наводчики пристрелялись или, просто ближе стало, но начали попадать.

В общем, остановилось на поле еще три танка и «сорокапятка» четвертый подбила. Пехота врага короткими перебежками, периодически залегая, уверенно приближалась к нам. Но все-таки 100 ружей, это тоже не шутка. Настреляли мы порядка сотни солдат. Еще два танка остановились, закрутившись на месте, выписывая сложные эллипсы из-за соскочивших с катков гусениц.

– Все, братцы, похоже, выдохлись фрицы!

Танки стали пятиться, сдавая задним ходом и постоянно стреляя, пехота тоже побежала назад.

Немцы вошли под прикрытие леса, оставив на поле боя три легких танка и семь посерьезнее. Немцы откатились и стали выстраиваться в линию.

«Бойцы, фрицы нас расстреливать сейчас будут, поэтому все скрытно отходим метров на триста вглубь леса!» – скомандовал я.

Точно, изготовившись, танки начали артподготовку, а мы ушли на восток. Перепахали немцы наши позиции, да кучу дров наломали, так что от окопов наших ничего и не осталось, зато появились воронки и засеки из стволов упавших деревьев.

Плохо было то, что от попадания вражеского снаряда сдетонировал ящик наших. В общем, после взрыва, пушки у нас не стало.

– Сержант Птицын, пробегись по позициям и узнай, что с потерями! Все, что есть из патронов в телегах и у убитых собрать и выдать личному составу.

Выручил нас боезапас, который был оставлен заслону. Пулеметные диски, патроны к винтовкам и гранаты. Все это было перераспределено между бойцами.

Солнце только перешло зенит, и день казался бесконечным. Далеко в стороне слышался гул самолетов, летящих на восток, подавлять наши очаги сопротивления, а потом возвращающихся назад.

Прискакали два кавалериста – рядовой и капитан, а за ними на четырех подводах с сеном подтянулись колхозники. К подводам были привязаны пара свободных лошадок.

«Военные лошадки, непривычны к телегам, – заметил Филиппов, – ну да, какие есть».

Я вышел встречать начальство.