Путешествие на «Снарке»

Я нисколько не был бы удивлен, если бы вдруг кругом зашумело море, смыло бы всю эту волшебную страну и я очутился бы опять на «Снарке», опять на руле, с таблицами логарифмов в руке. Но сон не исчезал. Я украдкой взглянул на мадонну и ее супруга. Они не изменились. И блюда не сдвинулись со стола. И хибискусы, и деревья, и трава были на месте. Ничто не изменилось. Я выпил еще немного нектара, и сон стал реальнее, чем когда-либо.

– Не хотите ли чаю со льдом? – спросила мадонна, и конец стола, где она сидела, осторожно наклонился, и я ответил «да» уже под углом в сорок пять градусов.

– Вот вы говорили об акулах, – сказал ее муж. – Там, на Ниихау, был один человек…

В это мгновение стол качнулся и стал подниматься на дыбы; я смотрел на говорившего снизу, под углом в сорок пять градусов.

Так шел завтрак, и я был счастлив, что по крайней мере могу не видеть походки Чармиан и не огорчаться. Вдруг какое-то таинственное слово испуга сорвалось с губ небожителей.

«Ну вот, – подумал я, – конец прекрасному сновидению».

Я с отчаянием вцепился в стул, твердо решившись вернуться в реальность «Снарка», захватив с собою вещественное доказательство существования страны лотоса. Я чувствовал, как сон притаился и сейчас уйдет. Но вот опять прозвучало таинственное страшное слово. Оно звучало как-то вроде: «ре-пор-теры». Я взглянул и увидел, что три человека направляются к нам через лужайку. О милые, благословенные репортеры! Значит, все-таки этот сон был настоящей, неоспоримой реальностью! Я посмотрел вдаль, на сияющее море и увидел «Снарк», стоявший на якоре, и вспомнил, что я приплыл на нем от Сан-Франциско до Гавайских островов, и что вот это – Жемчужная бухта, и что сейчас меня с кем-то знакомят, и я уже отвечаю на первый вопрос:

– О да, погода была чудесная всю дорогу!

Глава VI.

Спорт богов и героев

Да, это действительно лучший спорт для прирожденных героев.

Трава в бухте Вайкики растет у самой воды. Деревья тоже. И вот сидишь под их сенью и глядишь на величественный прибой, накатывающийся к самым твоим ногам.

На расстоянии полумили, там, где рифы, из безмятежной бирюзовой глубины выскакивают вдруг косматые белогривые валы и мчатся к берегу. Они летят друг за другом, захватывая целую милю в ширину, с дымящимися хребтами – белые батальоны бесчисленной армии океана. А ты сидишь и слушаешь несмолкаемый гул, и смотришь на бесконечную их процессию, и чувствуешь себя маленьким, жалким перед бешеной силой, воплотившейся в их реве и ярости.