Космические истории

Туша, прежде чем быть брошенной канюкам, была изучена с невероятной компетентностью. Нервная система льва – особенно масса тканей в черепе – несомненно, содержала либо сам желаемый гормон, либо что-то настолько близкое к нему, что его можно было модифицировать и вырабатывать гормон. Оставалось только выяснить, насколько большие запасы этого драгоценного материала можно найти на земле. Было невозможно уничтожить группу животных – скажем, местной цивилизованной расы – и исследовать их тела, потому что гормон был бы разрушен оружием, которое позволяло его искать.

Таким образом, оценка имеющихся источников должна была бы производиться путем выборки. Кул-Эн на корабле приготовился взять пробы.

Корабль приземлился в холмистой местности примерно в сорока милях к югу от Энсенада-Спрингс, национальной лесной территории, на которой после бесконечной волокиты владельцам овцеводческих ранчо были предоставлены права на выпас скота. В радиусе десяти миль от спрятанного корабля водились кролики, птицы, олени, койоты, пара волков, различные бурундуки, полевые мыши, возможно, целых три или четыре горных льва, одно стадо из двух тысяч овец, один человек и одна собака.

Этим человеком был Антонио Менендес. Он был старым, немытым и невежественным, и официально считался пастухом овец. Собакой был Салазар, сомнительного происхождения, но вполне достойный пес, который действительно заботился об овцах и знал свое дело; он был покрыт шрамами от сражений, проведенных в их защиту.

Он был неутомимо заботлив к мохнатым недоумкам, находившимся на его попечении. Бывали целые часы, когда он не мог найти времени почесаться из-за своих обязанностей. Он испытывал к Антонио умеренную симпатию, но знал, что этот человек на самом деле не разбирается в овцах.

Помимо этих существ, среди которых Кул-Эн ожидал найти свои образцы, там были насекомые. Этим, однако, крошечный инопланетянин пренебрег. Было бы непрактично получать какое-либо большое количество искомого вещества из таких маленьких организмов.

К вечеру следующего дня после приземления дверь корабля открылась, и исследователь выехал на транспортном средстве, специально предназначенном для взятия проб на этой планете. Машина выехала, встала на задние лапы, закрыла дверцу и откинула назад кусты, чтобы скрыть ее. Затем она двинулась прочь легкой кошачьей походкой горного льва. На расстоянии двух футов это был горный лев.