Три часа

Документы под эту внешность не вызывали тревоги, так как были подготовлены мной заранее. Контора об этом не знала.

По дороге в сторону этого аэропорта находилось место, где мы обменивались информацией с Катрис. Кроме этого, расположение помещений аэропорта и расписание всех рейсов были мне заранее известны на случай непредвиденных ситуаций. И такая ситуация произошла.

Я не мог больше сотрудничать с конторой, как не могла дальше продолжать работу Катрис. Её в ближайшее время могли вычислить, если уже не шли по следу.

На съёмной, законсервированной квартире, имелась экранированная капсула для проверки и удаления разного рода жучков и маячков. В эту квартиру я и направлялся. Нужно проверить наличие на мне электронных устройств для слежения. Речь, конечно, не шла о банальных телефонах и одежде, устройства могли находиться в теле агента и его реквизите. За «чемоданчик» я не переживал, так как неоднократно его исследовал, а вот за свою задницу, после всего происшедшего, поручиться не мог.

Мне было также известно о применении импульсных маячков, которые могли подавать сигнал в установленное время с выбранной частотой. В этом случае я мог его обнаружить только тогда, когда этот сигнал будет включён.

Но и мои преследователи, между сигналами, не будут знать моего точного местоположения. Я должен всё учесть и не сделать роковой ошибки. Это означает, что, не найдя маячков, мне придётся тащить на себе прибор для засечки импульсного передатчика.

То же самое, предстоит проделать и Катрис. Инструкции я оставлю в условленном месте. Но сначала мне необходимо произвести «дезинфекцию», иначе тайник может быть раскрыт, и я подставлю Катрис и самого себя.

Попросив водителя остановиться у кафе, в двух кварталах от квартиры, я расплатился, вышел и демонстративно направился к двери кафе. Конечно, пройдя через запасный выход, далее дворами вышел на параллельную улицу.

Совершив пару не сложных зигзагов и контролируя возможную слежку, вошел в подъезд пятиэтажного дома старой постройки.

Поднялся на пятый этаж и открыл дверь квартиры, предварительно проверив целостность контрольных примет.

Половик у двери лежал не ровно, как и полагалось, а пыль по краям была не нарушена. Незаметный волос, приклеенный на косяке двери, был в сохранности. Соседняя квартира пустовала, и посторонние вряд ли могли здесь наследить. Рассиживаться, было некогда.