Большая Планета. Плавучие театры

Паруса распустились, как крылья бабочек, вереница гондол нырнула в город под аркой и притормозила у платформы.

Навстречу вышли три молчаливых субъекта в темных ливреях. Не говоря ни слова, они разгрузили багаж с грузовых гондол и сложили все тюки и корзины в тележки на высоких колесах со спицами. Глистра начал было возражать, но, заметив предупреждающий взгляд Озрика, спросил у него: «Что происходит?»

«Они считают, что вы богаты», – ответил проводник.

«Хмф! И я должен наградить их чаевыми?» – проворчал Глистра.

«Чем?»

«Деньгами».

Озрик моргнул, все еще не понимая.

«Деньгами. Металлом».

«А, металлом! – Озрик покрутил кончик щегольского уса. – Это уж как пожелаете».

Приблизился начальник носильщиков: высокий человек с торжественной физиономией, тщательно бритыми щеками и длинными бакенбардами, переходившими в небольшие пушистые черные усы: личность, излучавшая непреклонное достоинство.

Глистра вручил ему три небольшие стальные шайбы: «Это для вас и для ваших подчиненных».

«Благодарю вас, сэр… И куда вы хотели бы отправить багаж?»

«Что вы можете предложить?»

«Как вам сказать… вы могли бы остановиться в „Гран-Савояре“, в „Метрополе“ или в „Ритц-Карлтоне“. Все три отеля превосходны – и одинаково дороги».

«Насколько дороги?»

«Пожалуй, любой из них обойдется в унцию за неделю… „Приют путешественника“ и „Фэйрмонт“ не дешевле, но там спокойнее».

«А приличная гостиница с более умеренными расценками в городе есть?»

«Могу порекомендовать „Охотничий клуб“.

Он провел Глистру и его спутников к ландо, смонтированному на четырех эллиптических пружинах из многослойного золотистого дерева. В экипаж не запрягли зипанготов – по сути дела, возникало впечатление полного отсутствия какой-либо движущей силы.

Главный носильщик с элегантным поклоном распахнул дверцу. Фэйн, оказавшийся впереди всех, с сомнением задержался и обернулся к носильщику: «Это какая-то шутка? Мы залезем в ландо, а вы уйдете и оставите нас сидеть?»

«Ни в коем случае, сэр».

Фэйн осторожно поднялся по двум откидным ступенькам и опустился на мягкое сиденье. За ним последовали остальные.

Начальник носильщиков изящно и аккуратно закрыл дверцу, подал знак. К экипажу подошли четыре человека в строгих черных униформах. Каждый пристегнул ремень к переднему бамперу экипажа и перекинул ремень через плечо – карета покатилась в центр города по гранитным плитам мостовой.