Дворец любви. Князья тьмы. Том III

«Я не изменилась, – серьезно говорила она Герсену. – Во мне не осталось ни ярости, ни ненависти».

«Ярость и ненависть ощущал мой дед, – почти безразлично отвечал Герсен. – Для меня ненависть – скорее абстрактное понятие».

Алюсс-Ифигения встревожилась еще больше: «Значит, ты просто действуешь, как автомат? Ты служишь инструментом чьей-то ненависти, у тебя нет своей воли, своего понимания вещей?»

Герсен усмехнулся: «Это не совсем так. Дед обучал меня – точнее, поручал другим меня обучать – и я ему за это благодарен.

Без полученной подготовки меня давно уже не было бы в живых».

«Должно быть, он был ужасный человек, если ему удалось так исковеркать душу ребенка!»

«Он был человек, преданный своему делу, – возразил Герсен. – Он любил меня и допускал, что я разделяю преданность его делу. Я ее разделял и продолжаю разделять».

«Но что тебя ожидает в будущем? Неужели месть – это все, чего ты хочешь от жизни?»

«Месть? Нет, не думаю. У меня только одна жизнь, и я знаю, на что могу надеяться».

«Но почему не попытаться достичь тех же целей, обратившись в законные учреждения? Неужели нет никакого другого способа?»

«Никакие законные учреждения мне не помогут.

Только МСБР[1 - МСБР: Межпланетная служба безопасности и расследований. Теоретически – частная организация, предоставляющая местным полицейским службам Ойкумены специализированные консультации, а также доступ к централизованной базе данных и криминологическим лабораториям. Фактически – надгосударственное агентство, время от времени присваивающее функции правоохранительных органов. Акции МСБР широко распространены и, несмотря на то, что они не приносят существенного дохода, пользуются постоянным спросом.] иногда оказывает мне содействие, но в целом они тоже недостаточно эффективны».

«Почему не привлечь к существующим проблемам внимание народов планет Кортежа и других важнейших миров? Ты достаточно энергичный человек, у тебя более чем достаточно денег. Разве это не лучше, чем убивать людей собственными руками?»

Герсен не мог выдвинуть рациональных возражений.

«У меня нет способностей, необходимых для общественной деятельности, – говорил он. – У меня что-то получается только тогда, когда я работаю один».

«Но ты мог бы научиться!»

Герсен качал головой: «Как только я начинаю заниматься прениями и разглагольствованиями, я попадаю в западню – все, что я делаю, становится бесполезным».

Алюсс-Ифигения поднялась на ноги и подошла к балюстраде, глядя в простор Тавматургического океана.