Космическая опера

Сидевшая напротив молодая особа порывисто наклонилась над столом: «Но послушайте, господин Бикель! По-моему, вы ужасно несправедливы! Вы даже не были ни на одном из их представлений! А я была, и я в полном восторге!»

Бернард Бикель пожал плечами: «Адольф Гондар – кто бы он ни был и каково бы ни было происхождение его труппы – без сомнения, фантастически одаренный балаганщик».

Леди Изабель прокашлялась. Роджер откинулся на спинку стула: зачем беспокоиться, зачем напрягаться? Будь что будет: пользуясь преимуществами возраста, пола и умения внушать трепет окружающим, леди Изабель, как правило, с достоинством выходила из положения, повергнув в прах оппозицию.

«Не могу с вами согласиться, – произнесла леди Изабель. – Адольф Гондар ничего не понимает в организации спектаклей, хотя, судя по всему, будучи капитаном космического корабля, он неплохо разбирается в том, что непосредственно относится к его профессии».

«Даже так? – одна из бровей Бернарда Бикеля выгнулась вопросительной дугой. – Это обстоятельство, конечно, делает его утверждения еще более колоритными. Что касается меня…» Знаменитый музыковед приподнял бокал и полюбовался блеском багряной жидкости: «Забудем о ложной скромности. Можно сказать, что я практически занимаю вершину иерархической пирамиды в области, называемой сравнительным музыковедением, эвфонической символистикой или просто музыковедением.

И я просто-напросто отказываюсь поддаваться надувательству со стороны загадочного Адольфа Гондара. Музыка его труппы поддается пониманию, что само по себе выдает его с головой. Музыка – то же самое, что язык, а язык на самом деле понимает только тот, кто говорит на нем с детства или, на худой конец, досконально его изучил».

«Совершенно верно!» – тихо заметил кто-то из присутствующих. Леди Изабель строго повернулась, пытаясь опознать наглеца, после чего заметила ледяным тоном: «Таким образом, вы отказываетесь признать, что чувствительные и разумные обитатели одной планеты способны воспринимать творчество – в том числе музыку – не менее эмоционально развитых и рациональных представителей другого мира?»

Бернард Бикель понял, что напоролся на нешуточного противника, и решил ретироваться: «Нет, конечно.

Ничего подобного.