Лазурный мир

Короче говоря, ты долго и упорно практиковался в наборе этих текстов, в связи с чем соревнование никак нельзя считать справедливым».

«Ты сам выбирал упражнения».

«Возможно. Тем не менее, ты обязан был предупредить нас о своем близком знакомстве с этими текстами».

«Правда состоит в том, – возразил Хаст, – что я не передавал эти тексты с тех пор, как сам был учеником».

Семм Войдервег покачал головой: «Не могу в это поверить. По меньшей мере лично я отказываюсь признать действительность результатов этого так называемого состязания и, насколько я понимаю, Иксон Мирекс испытывает такое же отвращение и возмущение».

В Рохане осталось достаточно добропорядочности, чтобы выдавить: «Пусть результаты останутся такими, какие есть. Я не могу оправдать свой проигрыш».

«Ни в коем случае! – воскликнул Войдервег. – Мастером-наперсточником должен быть человек безукоризненной честности. Неужели мы хотим, чтобы этот возвышенный пост занимал…»

Скляр Хаст ласково прервал его: «Будь осторожен со словами, заступник! За клевету, как может подтвердить арбитр Мирекс, предусмотрено суровое наказание».

«Клевета возможна только в отсутствие истины или при наличии злоумышленного побуждения. А меня беспокоит только благополучие Транка и сохранение традиционной системы нравственности. Разве можно назвать клеветой то, что я отвергаю тебя, как практически очевидного презренного обманщика?»

Скляр Хаст медленно шагнул вперед, но Рубал Галлагер удержал его за локоть.

Лоб Иксона Мирекса вспотел: «Возможно, нам следовало использовать другие тексты. Даже несмотря на то, что ты не участвовал в их выборе».

Неподалеку стояли два или три представителя клана Бельродов, водолазы из касты вымогателей, добывавшие стебли и прутья; они отличались угрюмым нравом, грубостью и склонностью к вульгарным выражениям.

Один из них сказал: «Неужели, арбитр Мирекс, ты поддержишь очевидно лживую и безосновательную позицию? Вспомни: мы тебя выбрали, чтобы ты принимал решения по справедливости, а не на основе вымысла и нравоучений!»

Мирекс разъярился: «Ты сомневаешься в моей добросовестности? Заступник привлек мое внимание к злоупотреблению – его возражение, к сожалению, выглядит обоснованным. Посему я объявляю результаты состязания недействительными.