Марун: Аластор 933

Пардеро мрачно кивнул: «Мой враг хотел, чтобы никто не узнал во мне руна. Для этого он обрезал мне волосы, нарядил меня в идиотский костюм, посадил на звездолет и отправил скитаться по Скоплению, надеясь, что я никогда не вернусь».

«Надо полагать. И все же – казалось бы, проще было бы вас прикончить и выбросить труп в ближайшую канаву. Зачем усложнять себе жизнь?»

«Как объяснил Оллав, руны убивают только на войне. В любой другой ситуации мысль об убийстве вызывает у них ужас».

Колодин исподтишка наблюдал за Пардеро, неподвижно смотревшим на плывущий внизу пейзаж.

Любопытная перемена! За какие-то несколько часов из неосведомленного, растерянного, более или менее беспомощного человека Пардеро превратился в целеустремленную, собранную личность – способную, по мнению Колодина, жестко контролировать страсти, но неспособную ими не руководствоваться. Именно так, по имеющимся сведениям, вели себя руны.

«Допустим, исключительно в качестве гипотезы, что ваш враг существует, – с трудом подбирая слова, сказал Колодин.

 – Он вас знает, а вы его не помните, что дает ему огромное преимущество. Прибытие в Порт-Мар поставит вас в рискованное положение».

Пардеро возражение техника, казалось, почти позабавило: «И что же? По-вашему, мне вообще не следует возвращаться? Я подготовлюсь, учитывая риск».

«Как же вы подготовитесь?»

«Прежде всего как можно больше узнаю о рунах».

«Само собой, – кивнул Колодин. – Необходимые сведения можно получить в девятьсот тридцать третьем кабинете Кольца Миров.

И что дальше?»

«Я еще не решил».

Чувствуя, что собеседник уклоняется от прямого ответа, Колодин поджал губы: «Законы коннатига недвусмысленны. Рунам не позволяется иметь лучевое оружие и управлять воздушным транспортом».

Пардеро ухмыльнулся: «Пока моя личность не установлена, я еще не рун!»

«Если подходить к этому вопросу формально… пожалуй, вы правы», – осторожно признал Колодин.

Через четыре с лишним недели Колодин сопровождал Пардеро на центральный космодром в Коммарисе.

Они решили пройтись пешком по взлетному полю и остановились, чтобы попрощаться, у трапа «Диласского экстранюансора».

«Скорее всего, я вас больше никогда не увижу, – сказал Колодин. – Очень хотелось бы знать, чем закончатся ваши поиски истины, но на это, конечно, мало надежды».

Пардеро ответил нарочито бесстрастно: «Благодарю вас за помощь – и за личное расположение, выходящее за рамки профессиональных обязанностей».