Хроники Кадуола: Станция Араминта

Шард отвернулся и сказал упавшим голосом: «Проводите меня к автолету. Здесь нечего делать».

10

Тем временем Глоуэн проснулся не раньше обычного, позавтракал в одиночестве и провел утро, прибирая в квартире и повторяя слегка запущенный материал – Парилья кончилась, в лицее снова начинались занятия.

За час до полудня зазвонил телефон. Глоуэн снял трубку: «Алло?».

Прозвучал тонкий голосок: «Глоуэн, это Миранда. Я что-то нашла. Что-то странное. Хочу с тобой поговорить».

«Говори, я слушаю.

Что случилось?»

«Глоуэн! Не по телефону!» – последние слова прозвучали приглушенно.

Глоуэн позвал: «Ты где? Что такое?»

«Я просто обернулась. Меня теперь пугают всякие шорохи. И правильно! Это мама, она может подслушивать».

«Хорошо, давай встретимся. Я зайду к вам?»

«Нет, я тебя встречу по дороге, минут через десять».

«Уже выхожу».

Глоуэну пришлось немного подождать, но вскоре он увидел Миранду, бежавшую к парковым воротам из пансиона Ведеров: худенькое глазастое создание с растрепанными каштановыми кудрями, полное сознания собственного значения – по меньшей мере в таком мире, каким она его себе представляла.

Глоуэну, стоявшему в тени ворот, показалось, что девочка чем-то подавлена и напугана.

Задыхаясь, Миранда выбежала на дорогу. Глоуэн отошел от столба ворот: «Я здесь!»

Миранда подскочила и обернулась: «Ой! Я тебя не заметила. Я испугалась».

«Прошу прощения, – сказал Глоуэн. – Так что случилось?»

«Пошли, – потянула его за руку Миранда.

 – Здесь не надо говорить».

«Как хочешь. Скажи мне хотя бы, куда мы идем?»

«В Архив».

В тени деревьев, высаженных вдоль Приречной дороги, они прошли мимо «Старой беседки» и свернули по речной набережной к старинному зданию бывшего управления.

Пока они шли, Миранда начала говорить, сначала почти бессвязно, не поспевая за мыслями: «У меня все время такое чувство, что она вот-вот выйдет из-за угла или сидит где-то рядом на скамейке, просто ее не видно за деревом… А иногда кажется, что я немножко сошла с ума или сразу постарела лет на десять, на двадцать…»

«Интересное наблюдение, спору нет, – пробормотал Глоуэн.

 – Честно говоря, я тоже чувствую себя древним, как горы на горизонте».

Занятая собой, Миранда его почти не слышала: «Мне все это не нравится, я так его ненавижу, что меня тошнит… Я лежала ночью в кровати и пыталась представить себе, как все это было.