Вист: Аластор 1716

Даже единственный крупный остров-континент испещрен озерами, соединенными сетью рек и каналов. Многие семьи живут в плавучих домах, а к тому же нередко владеют небольшими парусными яхтами. Причальные сваи на Заке – символы общественного положения, профессии и особых наклонностей владельцев. Их украшают сложными орнаментами, резными масками, фигурами и навершиями.]

В начальной академии Джантифф, высокий и худой юноша с вытянутым костлявым лицом и матовой черной шевелюрой, на первых порах обучался навыкам графического дизайна, после чего, уже через год, заинтересовался главным образом хроматикой и психологией восприятия.

Поступив в высшую школу, Джантифф всецело посвятил себя истории изобразительных искусств – вопреки советам родителей и сестер, считавших, что он разбрасывается вместо того, чтобы остановиться на чем-то определенном. Отец его указывал на необходимость своевременного приобретения профессии. По его мнению, слишком широкий круг занятий Джантиффа, несмотря на их бесспорную увлекательность, граничил с легкомыслием и даже безответственностью.

Джантифф послушно внимал нравоучениям. Тем временем ему попался на глаза старый учебник пейзажной живописи, автор которого утверждал, что лишь натуральные пигменты могут правдиво отображать натуру, и что поддельные синтетические краски оказывают на художников подсознательное влияние и неизбежно придают их произведениям фальшивый оттенок. Джантиффу эти доводы показались убедительными – он принялся собирать, размалывать и смешивать умбру, охру и киноварь, кору, корни и ягоды, рыбьи железы и высохшие экскременты ночных грызунов, чем вызвал легкое недоумение и насмешки матери и сестер.

Лайл Рэйвенсрок решил, что опять пришло время наставить сына на путь истинный. Он начал разговор издалека: «Насколько я понимаю, ты еще не смирился с перспективой прозябать в презренной нищете?»

Джантифф, временами рассеянный до невнимательности, но от природы податливый и бесхитростный, отвечал не задумываясь: «Конечно, нет! В мире столько приятного и любопытного!»

Лайл Рэйвенсрок продолжал тем же наивно-любопытствующим тоном: «Любопытные и приятные вещи не достаются даром.

Надеюсь, ты собираешься зарабатывать на жизнь честным трудом, не вступая на стезю преступлений и мошенничества?»

«Разумеется! – подтвердил несколько озадаченный Джантифф. – Само собой».