Заблудшее сердце

Los diablos de suerte[1 - Los diablos de suerte – везучие как дьяволы (исп.).] – так, кажется, их назвали испанцы. И это действительно было так. До злосчастного сражения в Испании, где англичане противостояли французам, в итоге отбросив их за Пиренеи, им всегда удавалось остаться целыми и невредимыми. Джеймс упрекал себя за то, что, воспринимая службу как очередное, пусть опасное, но все же приключение, он не осознавал, что они тоже смертны. Ему не приходило в голову, что это может плохо закончиться.

Очнувшись от невеселых мыслей, виконт глянул в окно трактира и с недовольством отметил, что день близился к концу. Если он хотел добраться домой до наступления ночи, надо было выезжать. Благо дождь закончился, что делало путь более сносным.

Покинув трактир, Джеймс пустил лошадь в галоп. Эль не дал желаемого результата, и мысли о прошлом все так же лезли в голову. Но теперь он думал не о войне и не о том, как друг умирал на его руках. Он вспоминал детство.

Странно, но в конце начинаешь думать о начале.

Они познакомились еще зелеными юнцами в Итонском колледже – престижной школе для мальчиков. Скучные школьные дни тянулись бы бесконечно долго, если бы они не разбавляли их бесчисленными шалостями, за что им частенько влетало. Два случая всплыли в памяти, вызвав на лице нелепую улыбку.

Один из них они в шутку называли «зеленым днем». Интерес к изучению латыни у них был такой же мертвый, как и сам язык. Напыщенный толстый профессор как раз собирался вытащить из стола указку, служившую весьма небезболезненным способом исправления ошибок в произношении учеников.

Но едва он открыл ящик стола, как во все стороны начали выпрыгивать лягушки. От гнева лицо профессора стало таким же зеленым, что и рептилии, окружившие его. А потом все бегали, пытаясь поймать несчастных зеленых созданий. Ох и задали бы Джеймсу с Логаном трепку, если бы, конечно, дознались о зачинщиках! Удивительно, как это им сошло с рук, везло так далеко не всегда.

Подпилить ножки пианино было гениальной идеей Джеймса. Ему казалось, что будет забавно, когда оно с грохотом упадет прямо посреди урока. Однако учитель, сидевший в этот момент за инструментом, забавным это не счел. Сказать по правде, танцы не являлись их любимым занятием и до инцидента, а после – и подавно.

За эту шалость с них чуть не спустили шкуры и в наказание заставляли вытанцовывать па вдвое больше.