Темная ложь

Они ураганом завертелись у нее в голове, но она усилием воли загнала их на задворки сознания и оттесняла до тех пор, пока не заставила полностью стихнуть. Чтобы не сойти с ума, ей пришлось научиться обуздывать своего демона, и за много лет она довела этот навык до совершенства.

«Быть может, то, что мы с Гидеоном больше никогда не окажемся в одной постели, к лучшему», – пронеслось в голове Скарлет.

Она часто задумывалась об этом. Стоило ей хоть немного забыться и ослабить самоконтроль, ее демон срывался с привязи и захватывал власть над ее телом и разумом, даже если она бодрствовала.

«Что же будет, если я окажусь в объятиях Гидеона?» – размышляла она. Перед мысленным взором женщины развернулась тягостная сцена. Гидеон покрывает ее губы поцелуями, его горячая плоть обжигает ее нутро, и вдруг, в самый разгар действа, на него обрушиваются тьма и крики. Будто в замедленной съемке, Скарлет увидела, как прекрасные черты возлюбленного искажают ужас и отвращение. «Подобное зрелище попросту прикончит меня, – думала она, – лишит гордости, а возможно, и самой воли к жизни. Я и так последнее время живу, как животное, одними инстинктами – дышу, ем, убиваю».

«Сосредоточься на том, что происходит здесь и сейчас», – пресекла она поток мрачных размышлений.

Гидеон по-прежнему сидел в кресле с отсутствующим выражением лица и неуверенно переводил взгляд с ее окровавленных рук на распростертые на полу тела. Несколько мгновений прошли в полной тишине. Наконец он открыл рот и прохрипел что-то невнятное. Скарлет показалось, будто он спрашивает про охотников.

– Они мертвы, – отозвалась Скарлет. – Не надо благодарностей.

«В самом деле, зачем благодарить? – спросила она себя. – Я ведь всего лишь избавила его от изнурительного боя, в котором его могли ранить или даже убить».

Синие глаза гневно сверкнули.

– Я спросил про них, а не про тебя, – взревел он. – Ты ранена?

«Так он спрашивал про меня… – поняла Скарлет. – Неужели переживает?»

«Не смягчаться!» – напомнила себе Скарлет.

– Я в порядке.

На мне ни царапины. Давай убираться отсюда, – предложила она, мысленно добавив: «Отныне каждый будет сам по себе». Мысль о разлуке неприятно кольнула сердце, но она сделала вид, что не заметила. – Я уверена, что скоро здесь будут еще охотники.

Гидеон ничего не ответил.

«Ну же! Беги! – гремело в ее голове, но она так и не двинулась с места. – Идиотка! Что тебе еще от него надо? – мысленно бранила себя она. – Ведь все точки в ваших отношениях уже расставлены».