Темная ложь

Внутренний голос бил тревогу: «Ударь его! Пусть прекратит соблазнять тебя! Если не остановишь его, тебе конец!»

– Скарлет… Рейнольдс. – Она слегка вздрогнула, как будто от удовольствия. – Да. Сегодня я в настроении отведать милашку Райана.

Гидеон на мгновение оскалился.

– Мы же вроде не женаты! – прорычал он.

– Ну да, – согласилась она. – Но я мысленно наставляю тебе рога с Райаном.

Воин провел кончиком языка по зубам.

– Ты такая шутница!

– А кто сказал, что я шучу?

Скарлет глазом моргнуть не успела, как он оказался поверх нее, навалившись всей своей массой и вдавив ее в мягкий мох, почти полностью лишив возможности двигаться.

– Ты даже не представляешь, насколько сильно меня радуешь, – заявил он.

По позвоночнику Скарлет покатилась дрожь. Соски затвердели и отчетливо проступили под платьем, будто устремляясь к Гидеону. Одно движение – и она бы скинула его с себя. У нее бы достало и сил, и сноровки. Но вместо этого она схватила его за горловину футболки и сильнее притянула к себе.

Внутри разгоралось пламя желания…

– Радую? А вот ты меня бесишь!

Грудь Гидеона тяжело вздымалась и опускалась, ноздри раздувались.

– Еще одно слово, и…

– И что?

От него чертовски приятно пахло – терпко и пряно. Тепло его тела обволакивало, кружило голову.

– И…

Его взгляд переместился на ее губы. Гнев исчез, уступив место совсем иным чувствам. Грудь продолжала тяжело ходить вверх-вниз. И между двумя шумными вдохами он хрипло сказал:

– Ты такая непередаваемо… страшная.

 – Последнее слово он произнес неуверенно, с запинкой, будто страшась быть неправильно понятым. – Я смотрю на тебя и не испытываю муку. Меня не сжигает страсть. А сердце не разрывают желания до того непристойные, что нельзя и передать.

Скарлет была в полном смятении.

«Поцелуй его!» – нашептывало сердце.

«Нет, не смей!» – горячился разум.

Борьба между этими двумя составляющими ее натуры шла не на жизнь, а на смерть. Скарлет понимала: если она поцелует Гидеона, то уже не сможет остановиться.

Едва их губы сольются, она сгинет, утонет в их сладости. Его запах, вкус, тело – они влекли ее, точно мед пчелу. «До чего же хочется снова попробовать их! – проносилось в голове женщины. – Пусть всего лишь один раз. Единственный раз…» Она была готова отдать за это все что угодно. «И отдам, – решила Скарлет. – Но потом. А сейчас, пока длится эта благословенная ночь, мы будем принадлежать друг другу, совсем как прежде.